— Таня, жги…

Не факт, что я даже прошептал, возможно, лишь пошевелил пересохшими губами, но Татьяна меня прекрасно услышала. Мы уже находились в едином энергетическом клубке, миксующем чувства друг друга. Я почувствовал ледяное жжение в висках и онемевшую от холода руку. Страшно представить, что она там сейчас ощущает.

— Не дает, — напряженно прошептала Татьяна. — Сопротивляется… Не… вытягиваю… Алекс, помоги…

— Ща, — процедил я сквозь сжатые зубы.

И ударил! Без какой-то точной наводки, в принципе не понимая, куда бью. В голове пыталась сформироваться какая-то визуализация энергетических линий крионика с центром во лбу, похожим на скомканную галактику. Там что-то сверкало и вспыхивало, будто я из очень дальнего далека наблюдаю за звездными войнами. Типа Звезда Смерти отбивается от десятков повстанческих штурмовиков, которые направляла Татьяна. Точечно и с явным пониманием дела: отвлекающие маневры, обходные, перегрузка обороны на этом участке, потом на другом.

Но Лэйн держался, еще и успевал контратаковать, сбивая Татьяниных повстанцев. Я тоже сбил парочку тех, кто оказался у меня на пути. Сорян, но тут уже было не до ювелирной техники, да и, честно говоря, я бы так и не смог: прицелится, считая себя энергетическим снайпером. Нет, сейчас я был просто энергетической кувалдой. Выгреб все, до чего смог дотянуться, и направил в крионика. Еще и лбом ударил ему в забрало с такой силой, что кость треснула, а мой Оридж, кажется, получил вмятину.

В голове будто что-то взорвалось с яркой вспышкой. За несколько секунд слепящей темноты я слышал только напряженное дыхание Татьяны. Сам-то я, кажется, дышать и вовсе перестал. По той сосредоточенности, которая буквально витала в операторской, решил, что любой шум, любое движение может сбить работу ювелира. Ща дыхну под руку, и Лэйн сбежит. Или ударит исподтишка, что будет еще хуже.

— Алекс, как? Уснул? — послышался очень слабый голос Татьяны, и я почувствовал, что контакта больше нет. Ни на энергетическом уровне, ни на телесном. Руку еще холодило, и, скорее всего, там синяки останутся от сжатых пальцев, но хватки уже не было. — Мы сделали это. Лэйна больше нет.

— Совсем? — я приоткрыл один глаз, глянул на экран.

Все покраснело: и от низкого заряда, и от предупреждений системы. А в руках Оридж все еще держал тело крионика. Только уже обмякшее. Шипы потеряли прочность, а сквозь костяное забрало вытекала бордово-синяя жидкость и капала на камни.

Фу! Я разжал руки и отбросил мутанта. М-да, разжиженный мозг в Мерзлоте я еще не встречал.

— Скорее всего, нет, — вздохнула напарница. — Он растворился в Мерзлоте. Сам знаешь, мы толком ничего не знаем о том, как это работает.