Нашли, оживили, выходили, изучили, в вечернем ток-шоу даже один раз показали. Ничего интересного не выяснили и отстали, выставив астрономический счет за лечение. Люди будущего оказались теми еще гадами со своей рыночной экономикой, но ничего, прорвемся. Здесь не страшнее, чем ночью у нас на районе.

Я моргнул, пройдя идентификацию, и начал свайпать все приветствия, чтобы попасть в результаты выпускных экзаменов.

Скипнул первую десятку лучших. Тут все давно понятно. На первом месте — Анна, внучка профессора Симонова. На втором и третьем сестры Вебер — две высокомерные стервы с какой-то просто маниакальной тягой к Мерзлоте. Дальше в рейтинге местная золотая молодежь, никто из них об учебе уже не думает. На распределение им плевать, родители устроят. А учатся хорошо скорее ради статуса.

Я пролистал еще две десятки и, наконец, увидел свое имя — Алексей Белов.

Сорок второе место из двухсот. То, что доктор прописал, а точнее, кредитный инспектор, заставивший меня подписать кабальный договор с Академгородком. С сорокового по сорок пятое место распределяют в сектор Б-4, на добычу скайкрафта (самого ценного ресурса в этом мире) для нужд института.

В секторе Б-4 у меня появится доступ к инженерному дроиду, а с ним и возможность подумать о своих нуждах. А то при нынешней работе лаборантом в институте долг за лечение мне придется отдавать еще двести лет.

— Алекс! Вот ты где! Как результаты?

На меня катился мой одногруппник Роберт Абрамов, он же Боб, он же Бобер. Именно катился, потому что ни с каким другим словом он не ассоциировался. Боб был толстым, громким, умным и очень добрым, а еще он был моим единственным другом, не считая профессора Симонова. Откровенно говоря, с друзьями здесь у меня не очень задалось: с «Отмороженным», как меня называли за глаза, общаться особо никто не хотел.

Кто-то относился ко мне просто настороженно, кто-то считал безнадежно отсталым, а были и такие, кто вовсе не признавал меня человеком. Боб же проявил ко мне интерес, причем не научный, а личный.

Он даже рискнул прогуляться со мной пару раз в Горячий квартал, куда люди из института обычно не ходили.

* * *

Горячий квартал был странным местом для мира, где все супертехнологично, прозрачно и отстроено. Некий Сайгон двухтысячных годов со злачными заведениями, уличной едой, стариками-джинами, которые хитро прищуриваются и деланно улыбаются каждому прохожему, нахваливая свои товары.

Здесь можно было найти все: от технологий Четвертого полюса до того, что видимо, переживет все времена.

В нашей студенческой среде ходит много рассказов про травы и таблетки в Горячем квартале, после которых полностью сносит башку и хочется не то, что одежду, но и кожу с себя срывать, а еще тянет на всякие странные подвиги: типа прогуляться по Мерзлоте на своих двоих, да еще и без скафандра. Что называется, почувствуй свою десятиминутную неуязвимость.