Той ночью я ушел из дома со всеми вещами и снова вернулся к своему тайнику в скале на берегу. Темнота уже была не такой плотной, как в первый раз, когда я только вылез из моря, но берег все равно казался чужим и опасным. Поднимался я медленно, присвечивая себе маленьким фонариком, чтобы не оступиться.

Пояс в тайнике был на месте. Когда я снова обмотал его вокруг живота и спрятал под одеждой, ко мне сразу вернулось знакомое чувство опасности. Пока деньги лежали в тайнике, они были отдельно от меня. А когда они оказались на поясе, то снова стали тяжелым грузом.

Этим же утром я уехал из Одессы на частнике. Нашел мужика на старенькой зеленой «волге» который за пятьдесят рублей согласился довезти меня до Николаева.

Выехали рано, пока воздух еще не раскалился, а трасса не забилась машинами. По дороге водила пытался завести разговор, выспрашивая откуда я и зачем мне нужно в Николаев, но я отвечал односложно и всем своим видом давал понять, что совсем не расположен к задушевным беседам, и вскоре он отстал.

Так даже лучше. Я сидел рядом смотрел на дрожащую в мареве ленту асфальта впереди, на поля и посадки вдоль дороги и с с облегчением чувствовал что Одесса осталась позади. Конечно, меня до конца не отпустило. Я посматривал, не тащится ли сзади какая нибудь настойчивая тачка. И с опаской посматривал на редкие посты дпс. Но все, слава богу, обошлось.

В самом Николаеве было уже легче. Там я двигался уже спокойней, хотя привычка проверяться никуда не делась. На вокзале я особенно не светился. Отстояв небольшую очередь купил билет и свалил на площадь, сев на скамеечке под раскидистым деревом. Вел себя так, как ведут себя обычные пассажиры ожидании поезда. Приехал, купил билет, мороженное, сел на скамейку и сижу никого не трогая.

Потом был поезд. Битком забитый вагон. Нижнее боковое место, на котором я больше сидел чем лежал. Проводница принесла чай в стакане с ажурным металлическим подстаканником. Я пил чай, слушал чужие разговоры, об обычной жизни и вживался в эту новую для меня действительность. На остановках выходил размять ноги на перрон. Ни с кем не знакомился и не заговаривал. Чем более я незаметен, тем лучше.

В Днепропетровске сделал пересадку на поезд до Анапы. И вновь боковое нижнее место, на этот раз около туалета. Духота, храп соседей и постоянная очередь в туалет. Эти неудобства меня ничуть не смущали. По любому, плохо ехать, лучше чем хорошо идти.

Все это время, я почти не спал и был в постоянном напряжении, ожидая подвоха. Только когда в окне замелькали южные пейзажи, я почувствовал что наконец вышел из опасного коридора.