— Бурундуковая, с тобой всё в порядке? Если ты хочешь что-то сотворить, то у меня к тебе большая просьба — не делай этого.

Я перевела взгляд в сторону и глянула на парня лет тридцати. Рыжий и с зелёными глазами. Он висел так же, как и я, на вантах, ниже на пару метров, и смотрел на меня умоляющим взглядом.

— Да ладно, — рассмеялась я, — если ты думаешь, что я собираюсь таким извращённым способом покончить с жизнью, то ты обо мне плохо думаешь. Я просто всегда мечтала подняться на парусном судне на самый верх и глянуть вдаль. И это было выше моих сил.

Вероятно, мой смех его окончательно успокоил, и он, тоже улыбнувшись, спросил:

— Тогда, если ты насмотрелась, может быть, полезем вниз?

— Конечно, — согласилась я и глянула вниз.

Наверное, лучше бы этого не делала. Создалось впечатление, что судно исчезло, а вместо палубы внизу виднелась узенькая жёлтая полоска.

— Подожди, — сказал он, — придвинься ко мне, и я тебя пристегну к себе.

— Это ещё зачем? — усмехнулась я.

— Для твоей безопасности. Вдруг у тебя голова закружится, я тебя удержу.

— Вот сейчас. А если у тебя закружится? Думаешь, я смогу тебя удержать? Шлёпнемся вместе, а я слишком молода, чтобы умереть так глупо.

— У меня не закружится, — пообещал он.

— У меня тем более, — ответила я и сдвинулась в сторону. — И не пытайся ко мне приближаться, — предупредила я его. — Понял?

— Ну ладно, ладно, — покладисто согласился он. — Только держись крепко.

Я пообещала и полезла вниз.

Я уже добралась до нижней реи, когда взгляд снова зацепил сторожевой катер вдали.

Это не раздолбанная Украина, это СССР. И вряд ли погранцы миролюбиво отнеслись бы к лодочке, которая болтается в нескольких километрах от берега.

А уж если бы ещё и обнаружили на дне лодки баллоны и прочее оборудование, предназначенное для подводного погружения, вопросов у них ко мне появилось бы огромное множество.

Реально, что может делать шестнадцатилетняя девочка посреди моря с аквалангами? Морячки были бы изумлены в своём изумлении, не иначе.

И то, что я хочу стать путешественником и провожу тренировку, пытаясь добраться на шлюпке до Одессы, вряд ли кто поверил бы. И никакие награды не спасли. А кроме того, сами бы нырнули и очень быстро обнаружили на дне немецкий самолёт.

Это было из минусов. Попробовала поискать плюсы, но, к сожалению, не обнаружила ни одного. А едва в голове забрезжила безумная идея, а умной я её точно назвать не могла, как рыжий чувак спросил:

— Что, остановилась? Всё в порядке? Может, всё же пристегнёмся?

Я глянула вниз и увидела хмурые лица офицеров корабля. Они молчали, но вот их вид мне ничего хорошего не сулил. Да и члены комиссии стояли в оцепенении.