Осознание пришло тогда, когда чёрный пепел осел на два обугленных холмика и девственно чистый снег вокруг них. Эти два страшные пятна свидетельствовали, что Левиной не почудилось. Магия осталась с ней! Она шокированно уставилась на свои ладони, но на тех не осталось ни ожога. Она огляделась, лихорадочно соображая, а потом подхватила куртку и кинулась прочь. Прочь!

Жар в груди больше не мучил, ей стало легче, но теперь ледяной воздух выстуживал лёгкие. Марьяна на бегу надела куртку, оказавшуюся в свете фонарей жёлтой. Когда она наконец устала и, ошеломлённая случившимся, остановилась отдышаться, уже начало светать. Неподалёку раздалось треньканье трамвая. Рванув к остановке, Левина успела заскочить в последнюю дверь. Народу было не сильно много, но свободных мест не оказалось. Марьяна встала у окна и бездумно в него смотрела, не узнавая улиц. Вокруг — только старые машины, да и улицы подозрительно пустые… А ведь зимой светает поздно, значит, давно уже утро… А ещё сугробы на улицах. Их не чистят? Куда она попала?

Увидев значок метро, Левина сошла на ближайшей остановке, и никто даже не спросил у неё билета. Хотя мелочь у неё была, она нащупала монетки в чужом кармане.

Метро показалось странным и чужим. Люди вокруг совершенно другие, лица, причёски, шапки, вывески — всё словно из забытого прошлого. Иное. Старое, но при этом новое. Марьяна хотела купить пару жетончиков, подошла к кассе с небольшой очередью, и сунула всю мелочь из кармана куртки:

— Два жетона.

— Пьяная что ли? В милиции давно не была? — рука женщины отделила от мелочи одну небольшую серебряную монетку и взамен переправила в ложбинку два пятака. Пятака из прошлого. Из СССР. Марьяна бросила один в щель турникета и спустилась по эскалатору в метро, вглядываясь в лица. Мало людей, и лица — сплошь русские. Давно она такого в метро не видела.

До их с Володей дома доехала, едва сдерживая слёзы. Уже понимала, что зря, но не поехать не могла. Сосед читал газету, и взгляд выхватил дату и год. 1984. Марьяна несколько раз моргнула и даже потёрла глаза, но она уже понимала, что попала в прошлое. Ни один из пассажиров не держал в руках смартфон. Люди читали газеты и книги, а некоторые — переговаривались между собой. Такого же больше не увидишь. Сейчас в метро ездят иначе — уставившись в экран и заткнув уши наушниками.

— Девушка, вам нехорошо? — вдруг участливо спросила немолодая женщина с добрыми глазами.

— Нет, всё в порядке… — пробормотала Марьяна, и вдруг посмотрела на себя чужими глазами: из-под свитера торчит ночнушка, валенки не по размеру, шапки нет, куртка эта жёлтая… — Второпях из дома выскочила. Поссорилась с мужем. К маме еду, — срывающимся голосом соврала она, и собеседница сочувственно прицокнула и отстала.