руками. — Сам не знаю, что на меня нашло. — Быть может, вы влюбились в меня с первого взгляда? Я отпила из бутылки, исподлобья наблюдая на ним. — Мне просто очень хочется послушать историю о любви, — Сид развернулся и зашагал рядом. — Хорошо. Но только сначала я возьму с вас обещание. — Какое ещё обещание? — Сид протянул руку, и я вложила в неё свою ладонь. Он удивлённо опустил глаза на наши переплетённые пальцы. — Обещайте, что расскажете мне свою историю. — О любви? — Сид посмотрел мне в глаза. — О себе, — я выхватила свою руку и протянула ему бутылку. Он кивнул. — Моя мама потеряла в аварии мужа и сына, — начала я. Сид громко сглотнул. — А после аварии впала в кому на тридцать девять дней. Когда проснулась, поняла, что умеет читать мысли людей. Я посмотрела на его реакцию, но на лице Сида невозможно было прочитать эмоции. — А ещё она вспомнила свои прошлые жизни. Сид протянул мне бутылку, но я покачала головой. — Каждую свою жизнь она совершала одни и те же ошибки, из-за которых теряла своего любимого. Как вы думаете, Сид, какие это были ошибки? — Теперь я повернулась к нему лицом и шагала спиной вперёд. Он пожал плечами. — В самой первой реинкарнации мама сделала аборт, убила продолжение своей любви. Любви родственных душ. Вы верите в родственность душ? — Если что-то существует, то оно будет существовать вне зависимости верят в это или нет, — ответил Сид. Я кивнула: — Мне захотелось тоже найти свою родственную душу. Я выхватила у него бутылку и сделала пару глотков. — Почему вы решили рассказать мне эту историю? — Сид остановился. Я прошла несколько шагов одна, потом тоже остановилась. — Наверное, потому, — пожала плечами я, — что нашла её. За родственной душой Возможно, я гналась за призраком мечты. Но эта мечта была такой сильной, что я не могла сопротивляться ей. В чудеса нужно верить не только тогда, когда они происходят. Я с детства верила в них всегда, даже когда что-то не получалось. Не сдавалась, не ломалась, не перегорала. Родители научили меня быть самостоятельной. Папа научил меня бороться за своё. А мама — любить. Когда мама укладывала меня спать, я шёпотом спрашивала её: — Мам, я тоже почувствую свою любовь, как ты почувствовала папу? Она отвечала мне: — Конечно, почувствуешь. Всевышний в каждом сердце оставил место для любви. А когда папа приходил поцеловать меня перед сном, я и его донимала вопросом: — Пап, а как ты понял, что мама твой человек? У тебя же нет такого дара, как у неё. — Я просто знал. Так и я просто знала, что где-то в мире