— Нет, — даже не повернувшись в сторону щёголя, сказал богатырь.

— Послушай, я ведь не для себя прошу, для наших прекрасных дам. Им здесь душно донельзя. Посмотри, как она извелась, — сказал он, демонстративно указав ладонью на главу башни воздуха, которой и в самом деле было нехорошо. Если ещё пять минут назад она сияла и порхала, то теперь лежала на полу, положив под голову камзол кого-то из синих.

— Нет, — был ему ответ.

— Если ты боишься, что мы и в самом деле предатели и попытаемся сбежать или передать сообщение, — в этом нет никакой нужды. Мы на глубине больше сорока метров, попробуем выйти — и нас просто расплющит. Это не имеет никакого…

— Нет, — прогрохотал богатырь, но в этот раз чуть развернул мысль: — Магистр сказал, мы сделаем.

— Но ей же невыносимо…

— Простите, грандмастер, но разве она не самая свободная среди всех нас? — решил я хоть немного узнать о магии воздуха. — Если бы она в самом деле захотела, разве не могла бы создать иллюзию открытого пространства?

— А вы, собственно, кто? — свысока посмотрел на меня магистр, а затем хмыкнул. — Ах да, тот барчук, что утверждает, будто «почти» победил Рустама Асулеймани. Единого с пламенем! Ха, так я и поверил в эти байки!

— И всё же он бежал, бросив своих людей.

— Значит, таков был его план, вот и всё, — отмахнулся от меня, как от надоедливой мошки, глава башни огня. — Империи неоднородны: у многих свои собственные интересы, а большая часть провинций, дай им волю, предала бы центр. Не вам рассказывать мне замыслы одного из тысяч сынов Сулеймана.

— А вам, значит, его мысли ведомы? — хмыкнул я.

— Первый и последний раз прощу этот намёк на предательство. Последний, — строго посмотрел на меня грандмастер и вернулся к Илье. — Так что, любезный?

— Он всё сказал, — кивнул в мою сторону Земляной и вернулся к созерцанию гранитной стены.

— Но послушайте… — продолжил огневик, но мне стало совершенно не до того, чтобы вникать в эту явно бесполезную пикировку. Чуть сдвинувшись во время разговора, я почувствовал, как от грандмастера исходят волны силы, идут по полу и уходят в стену, а затем и куда-то глубже в фундамент.

От попытки отслеживать у меня даже голова закружилась — я никогда не заходил так далеко. Но я не сдался, тем более что рядом, словно потоком, струилась воля Ильи. Ухватившись за неё, я проникла всё дальше, через крепчайшую породу, что была основанием Китежа, к речному дну и…

— Ох, ё… — тяжело дыша, я прислонился к стене. Вот уж в самом деле наблюдать за работой грандмастера! А я тут кичусь своей силой и умением создавать каменную форму… Придя в себя, я сделал ещё одну попытку, сломавшись на паре сотен метров. Затем ещё и ещё — пробовал отдаляться от путеводного потока, создавать свой собственный, пока наконец не сумел через спрессованные камни пройти чуть дальше по дну, потянуться к городу на берегу… но это было выше моих сегодняшних сил.