— Да! — с облегчением усмехнулся дервиш. Страх, что он испытывал несколько секунд назад, теперь вызывал постыдное чувство. Как он, единый с пламенем, мог даже допустить, что кто-то окажется сильнее его? Нет, глупость какая. Пусть он не первый среди братьев, но равный.
Рустам успокоился, но всё равно продолжил плавить каменную фигуру, до тех пор, пока она не растеклась аморфной лужей. Подойдя ближе, он с силой топнул, и стальной ботинок расколол бесформенную массу лавы.
— Теперь всё, — удовлетворённо произнёс Сулеймани. — Эта земля будет нашей.
— Закончил? — неожиданно раздался уверенный голос, и дервиш заозирался, пытаясь найти врага. Голос шёл, кажется, отовсюду разом. — Теперь моя очередь.
Снизу! Рустам отскочил, но было уже поздно.
Глава 17
Стоило врагу обрушить на меня поток пламени, как я использовал заготовку. Каменная кожа поверх боевой формы приняла на себя первый удар, а затем я провалился в яму, которую подготовил в самом центре и к которой так уверенно шёл. На моём месте осталась только оболочка, превратившаяся в скорлупу каменная кожа, которую я тут же начал заполнять изнутри. Опыт в возведении укреплений пригодился и здесь. Пара секунд, и я опустился ещё глубже, так что пламя меня вовсе не доставало.
А дервиш не унимался — словно обезумев, он обрушивал на приманку потоки пламени, пожарище, огненные стрелы и шары. И как бы я ни поддерживал единство формы, камень начал сдавать. Минута, другая — я боролся до последнего, сражался за каждый сантиметр, и всё же статуя потеряла свою монолитность и раскололась.
Но и этого Рустаму показалось мало, он продолжал давить, жарить и плавить, пока от моей приманки не осталось даже лужи. Такой целеустремлённости я не ожидал, честное слово. Как-то не по себе стало. Немного. И всё же он выдохся. Подошёл к оплавленной горке и с силой ударил по ней каблуком, раскалывая. Если теперь дать ему время, он отдохнёт, и схватка начнётся по новой. Ну уж нет.
— Закончил? — не дал я расслабиться дервишу. Он вздрогнул, резко заозирался по сторонам. — Теперь моя очередь.
Тонкая стеклянная корка не выдержала, когда я убрал подпорки, и дервиш рухнул в ту же яму, которую я готовил для себя. Провалился по пояс, успев зацепиться за край — но это уже ничего не решало. Стенки схлопнулись, намертво блокируя доспех в ловушке. Как мне казалось, ведь взвыв моторами и вбивая пальцы в обсидиан, он начал подниматься.
— Э нет, дорогой, ты никуда не пойдёшь. Я же обещал тебе два метра нашей земли? — усмехнулся я, поднимаясь над поверхностью и закрывая саркофаг сверху. Шипы пробились сквозь чуждую, выжженную корку и ударили в стальную броню со всех сторон. Стены ямы начали опускаться, утягивая за собой врага.