Первая мысль была — эмир вмешался, ударили артиллерией или магией, увидев, что я побеждаю. Увы, вторая мысль была одновременно верной — дервиш оставался жив, если то вопящее, кружащее над полем боя огненным стервятником существо ещё можно было называть Рустамом. Дервиш стал ифритом.

Носясь на высоте десяти-пятнадцати метров, фигура из перекрученных потоков пламени осыпала заклятьями моё укрытие. Взрывы сотрясали землю, огненные струи прожигали в нём дыры, давящий пожар плавил его вместе со всем окружающим.

Но хуже всего было не это, а то, что у монстра будто открылось второе дыхание. Все заклятья многократно усилились. И словно этого мало, у меня почти не было вариантов, как его достать.

— Да замри ты на месте… — зло выдохнул я, когда очередная порция каменных пуль пролетела мимо цели. Песчаное облако за мгновение стало стеклом, потеряв форму и связь со стихией земли. Любые мои заклинания оказывались бесполезны. Я был просто слишком медленным для новой формы противника, у которого пропали все слабые стороны. И единственное, что меня ещё спасало — стихия вокруг.

Очередной взрыв расколол купол, под которым я скрывался, и в трещину тут же влетело десяток огненных стрел, сметая один слой каменной кожи за другим. Я успел сдвинуться в сторону, и создать новую защиту, когда луч пламени прошил ослабевшую скорлупу насквозь и выпарил тридцатисантиметровую ямку у меня возле ног.

Не расплавил, не пробил, выпарил! Камень! От такого я даже завис на мгновение, правда, действовать не перестал. Новый слой скорлупы, каменная кожа — и толщина защитного купола стала уже под полметра.

Но вместе с единством со стихией пришло и спокойствие. Чего мне не хватает? В чём моя сила и его слабости? Кажется, их нет, но это не так.

Враг сильнее, опытней, быстрее и искуснее в магии. Ни одна физическая атака ему не вредит, даже если я попадаю шипом — тот проходит насквозь. Дервиш неделю готовил это поле боя, выжигал всё, напитывал своей стихией, а потому держится до сих пор. Но он тратится, и подпитываться ему, кроме как из заготовок, неоткуда.

Я же хоть и выступаю в роли боксёрской груши, но нахожусь в своей исходной стихии, её вокруг полно, и ещё больше в глубине. Убить меня он не в состоянии, и с каждой прошедшей минутой весы медленно склоняются в мою сторону. А раз время играет за меня, нужно этим воспользоваться.

Из земли вырвался шип, но не полетел во врага, а начал быстро расти и расширяться, пока не поднялся на высоту врага. Тот, безумно хохоча, снёс острую верхушку взрывом огненного шара. И даже сделал издевательский круг в воздухе, показывая насколько бесполезны мои попытки. Но в это время я запустил второй сталактит. А затем, дождавшись, когда он доберётся до нужной высоты — третий.