Мэйра прошла рядом с корзиной фруктов.

— Он слышит.

— Я знаю.

Из леса донеслось:

— Тоже знаю.

Элианора закрыла лицо ладонями.

Мэйра рассмеялась.

---

Мужчины действительно готовили.

Все.

Элианора сначала решила, что это какая-то демонстрация.

Потом поняла — нет.

Для них это было совершенно естественно.

Каэль занялся мясом.

Роан — огнём.

Эйден вместе с Олденом принесли из старого складского корпуса решётки, шампуры и два больших чугунных противня.

Дарен, вернувшийся с Нэрой и ещё двумя представителями первого проекта, молча выложил на широкий лист огромные клубни, похожие на смесь картофеля и батата.

Вейлу тоже дали работу.

Он чистил овощи.

Под надзором дракона.

Теа подошла, посмотрела.

— Вот теперь остров движется в правильном направлении.

Вейл поднял глаза.

— Я владею четырьмя компаниями.

— Сегодня владеете ножом и кабачком.

— Это не кабачок.

— Неважно. Режьте.

Дракон издал довольный рокот.

Вейл посмотрел на него.

— Я тебя ненавижу.

Золотой глаз медленно закрылся.

— Он опять смеётся? — спросила Элианора.

— Уже не знаю, — ответила Теа. — Мне кажется, он просто наслаждается жизнью.

Костёр разгорелся быстро.

Сначала сухие ветви зашипели, выпуская тонкий сизый дым. Потом огонь поднялся выше, облизал толстые поленья и успокоился, превращая древесину в красные угли.

Запах изменился.

Дым.

Смола.

Тёплая кора.

А потом Каэль положил на решётку мясо.

Зашипело.

Сок упал на угли.

Вверх взвилось облачко ароматного дыма.

Теа замерла.

— О.

Элианора повернулась.

— Что?

— Пахнет.

— Я заметила.

Каэль натирал следующие куски смесью соли, растёртых зелёных листьев и какого-то тёмного соуса.

Мясо было нарезано крупно, с тонкими прожилками жира по краям. Под жаром поверхность быстро схватывалась золотисто-коричневой корочкой.

Рядом Роан насаживал на длинные шампуры кусочки овощей: красные сладкие плоды, белые плотные луковицы, зелёные ломтики, маленькие грибы с янтарными шляпками.

Эйден завернул клубни в большие листья и уложил прямо в угли.

Олден разрезал спелые фрукты.

Жёлтая мякоть блестела соком.

Теа с Элианорой сидели на гладком поваленном стволе.

Перед ними уже поставили деревянную доску с лепёшками.

Горячими.

Тонкими.

С пузырями на поджаренной поверхности.

Теа оторвала кусок.

Пар обжёг пальцы.

Она понюхала.

— Я сейчас заплачу.

— Не позорься.

— Понюхай.

Элианора понюхала.

Помолчала.

— Я тоже.

Они макнули хлеб в миску с густым зелёным соусом.

Травы.

Чеснок.

Что-то кислое.

Что-то острое.

Теа закрыла глаза.

— Всё.

— Что?

— Я остаюсь.

Элианора кивнула.

— Строим два дома.

Роан, не оборачиваясь от костра, сказал:

— Я уже выбрал место.

Элианора подавилась.

Теа согнулась пополам от смеха.