— Разберёмся, — произнёс я, убирая его обратно.

В салоне бизнес-класса было просторно и тихо, куда я пересел с эконома за свои деньги, не желая лететь столь долго упираясь коленками в спины людям. Стюардессы улыбались и предлагали мне шампанское. Я же отказывался, и так вчера выпили с Ирой, а голова на чужбине должна быть ясной. Тем временем тринадцатичасовой перелёт подходил к концу, и объявили посадку. Самолет начал снижение, а за бортом была уже не вода, но земля. Зеленые болота парка Эверглейдс на юге полуострова, прямоугольники пригородов, и голубая гладь Атлантики и Мексиканского залива окружающая этот уголок суши.

Самолет коснулся полосы мягко, даже хлопка не было. Пассажиры захлопали, похлопал и я, поправив воротник спортивного костюма оставивший на шее складку. Проверив рукой документы, которые лежали в маленькой сумке, загранпаспорт с визой А-2 и приглашение от Учебного отдела полиции округа Майами-Дейд (Miami-Dade Police Department, Training Division) для участия в программе обмена опытом между инструкторами. Легенда была простой и рабочей: российский полицейский инструктор по тактической подготовке. Ехал показать их офицерам полиции, а по сути аналогу нашего рядового и сержантского состава наши наработки и заодно посмотреть, как учат они.

Выход в терминал через «рукав» был долгим. Аэропорт Майами оказался словно государство в государстве со своими законами, ритмом и атмосферой легкого безумия.

По выходу из «рукава», я сразу попал в огромный зал. Воздух тут был влажным, что в том же Таиланде, однако температура была приемлемая в районе 25 градусов. Вокруг гудела толпа на всех языках Карибского бассейна: испанский доминировал, английский звучал как второй, великого и могучего русского же в этом многообразии слышно не было. Чёрные, латиносы, белые, коричневые — индусы, кого тут только не было. Я старался не пялится ни на кого и шёл по единственной выделенной ориентируясь по вывескам на экранах.

Это был огромный зал, разделенный красными полосками на длинные змеящиеся очереди. Таблички «Citizens» и «Visitors» разделили нашу очередь снова и я свернул к визитёрам, так как гражданином США не являлся и даже в перспективе гражданство я получать был не намерен. Очередь двигалась медленно. Китайская семья передо мной болтала на своём подпирая нервного, постоянно оборачивающегося индуса в чалме, успокаивающее перебирающего в своих тёмных пальцах четки, а за мной пара молодых европейцев моего возраста с рюкзаками терпеливо ждали своей очереди залипая с телефонах. Я стоял, расслабившись, положив руку на сумку, делая вид, что меня абсолютно не колышет эта бюрократическая машина.