Я закрыл глаза, прокручивая в памяти последние недели.

Вика. Рыжие кудри, очки, горы книг.

«Я знаю, что твой друг в беде» . Откуда? Я никогда не говорил ей, что у Михаила проблемы в реале. Я сказал только, что он «пропал».

«Легенда… странный ник для барда» . Я никогда не называл ей его класс.

«Романус» . Она нашла информацию о нем слишком быстро. И слишком… удобно.

— Она знала детали, — медленно проговорил я. — Детали, которые я ей не сообщал. Про класс Михаила. Про его проблемы. Про «Охотников» она не говорила прямо, но намекала на «силы, которые следят». И ее интерес к аномалиям… Он был слишком профессиональным. Не как у ученого. Как у коллекционера.

Стригунов кивнул. Он уже что-то печатал на клавиатуре.

— Я поднял ее логи. Запрос в Отдел Статистики по гильдии «Великая Охота». Ты говорил, что они прислали тебе мусор?

— Да. Сырые данные.

— Смотри, — он развернул монитор ко мне.

На экране была переписка.

От: Виктория (Аналитика)

Кому: Берг (Статистика)

Тема: Срочный запрос по проекту Маркуса

«Пришли, пожалуйста, выгрузку сырых логов по гильдии „Великая Охота“. Без фильтрации и анализа. Только массив. Нужно для самостоятельной обработки. И да, поставь пометку „низкий приоритет“, чтобы руководство не дергалось».

— Она сама попросила прислать мусор, — констатировал Стригунов. — Она намеренно саботировала твое расследование, прикрываясь болезнью бабушки. Она тянула время.

Пазл сложился. Вика. Милая, отзывчивая Вика, которая поила меня чаем и искала информацию в лорбуках. Она была глазами и ушами «Охотников» в самом сердце нашего отдела.

— Что будем делать? — спросил я. Голос был хриплым.

— Брать, — жестко ответил Стригунов. — Прямо сейчас. Пока она не поняла, что раскрыта. Но брать тихо. Нам нужно знать, кто ее куратор. И как именно она передает данные.

* * *

План Стригунова был прост, как выстрел в упор, и столь же необратим.

Никаких штурмовых групп, свисающих на тросах с крыши, никакого светошумового шоу. Корпоративная война любит тишину.

— Мы блокируем ее пропуск на выход через пять минут, — голос Виктора в наушнике звучал сухо, словно он диктовал список покупок. — Лифты в крыле аналитики переведены в сервисный режим. Интернет на ее рабочей станции будет отрублен через три минуты. Твоя задача, Андрей, зайти туда сейчас. Сесть рядом. Заговорить. О чем угодно. О погоде, о новом патче, о кофе. Главное, не дать ей нажать «красную кнопку». У таких агентов всегда есть протокол экстренного стирания. Одна команда и мы получим чистый диск вместо доказательств.

Я стоял перед дверью в наш «аквариум», чувствуя, как по спине течет холодный пот. Это было хуже, чем рейд на мирового босса. Там я рисковал пикселями. Здесь я шел предавать человека, который, как мне казалось, был моим другом.