Оборонные укрепления выступили на горизонте практически сразу. Поначалу это выглядело, как непонятные штыри — нечто среднее между башнями и телеграфными столбами. Затем на небосклоне проступило пульсирующее сияние. Чем ближе джип подъезжал к границе, тем явственнее проглядывал размах замысла.

Башни надвинулись на девушку тысячетонными громадами, облицованными белым мрамором. Исполины возносились в блеклое небо, от них исходило едва уловимое гудение. Между «звеньями» этой цепи пролегало расстояние в десять километров. Вершины башен закруглялись — их венчали многогранные кристаллы кораллового цвета. С интервалом в несколько секунд через кристаллы проскальзывали дуговые фиолетовые разряды, окутанные тем самым сиянием. Кристаллы прятались в темно-синее гало — сферы достигали метров ста пятидесяти в диаметре. Сами кристаллические структуры вспыхивали ярче солнца, горели белым пламенем три секунды и вновь гасли. До следующей пульсации.

Ночью, подумала Наоки, здесь должно быть красиво.

Всполохи загромоздили всё небо, окрасили пустыню в необычные цвета. Наоки остановила машину и несколько минут любовалась зрелищем. Увиденное записывалось в имплант памяти.

Шоссе пролегало на равном удалении от двух башен. Наоки видела циклопические тени, протянувшиеся через пустыню на запад. Когда ее нога вдавила в пол педаль газа, перед глазами всё еще стояли пульсирующие вспышки.

Дорожное полотно упиралось в горизонт.

Ехать приходилось аккуратно, огибая глубокие выбоины и трещины. Через полчаса пульсация отпустила мозг, а башни уменьшились до размера крохотных столбиков. Наоки держала шестьдесят километров — достаточно, чтобы не навредить подвеске и не перевернуться. Путешествие обещало растянуться на неделю-полторы — при условии, что состояние дороги останется неизменным.

Пустыня казалась бесконечной.

Наоки гнала «Мерседес» до полудня, изредка прикладываясь к зачарованной фляге с водой. Жидкость не нагревалась благодаря простенькой руне, врезанной производителями во внутреннюю стенку. Когда солнце вмонтировалось в зенит, раскалившись до безобразия, девушка решила перекусить. Свернув на ровную глиняную поверхность, иссеченную трещинами, Наоки заглушила двигатель. Кондиционер, работающий на минимальной мощности, тут же вырубился. Некоторое время продолжал тихо шелестеть вентилятор. Чтобы не расходовать попусту энергию, Наоки повернула ключ в нулевое положение. Открыла дверь со стороны водителя и выбралась наружу — размять ноги. Жара обрушилась на путешественницу с неотвратимостью гильотины.