Не в этот день.

Джетлаг мешал думать и колдовать, выводил из равновесия, наполнял всё существо Наоки депрессией и раздражением.

Или всё дело в месячных?

Так или иначе, она решила отдохнуть до половины пятого утра. Отъехала на пару сотен метров от магистрали, заглушила движок, сходила в туалет и кое-как привела себя в порядок влажными салфетками. Быстро перекусила и легла спать, заблокировав все двери. К боковому стеклу Наоки прилепила сигнальный амулет, добытый в профсоюзном арсенале. Еще парочка охранных знаков украсила капот и крышу автомобиля. Лишним не будет. Справившись с обязательными ритуалами, Наоки тут же уснула.

В полпятого цифровая магнитола наполнила салон звуками африканских барабанов.

Наоки дернулась.

Поморщилась, нехотя разлепила глаза.

До восхода — целых сорок минут, о чем возвещал встроенный в приборную панель таймер. Пустыня — в непроглядной тьме. Из окон машины видны яркие звезды. Колючие и злые.

Наоки выбралась из спальника в холодную мглу салона и тронула сенсор, вырубая барабанную дробь. Тишина принесла облегчение. Захотелось отлить, но перед этим следовало одеться потеплее — ночью пустыня остыла. Температура опустилась до семи градусов, а про печку девушка не подумала. Стуча зубами, Наоки принялась облачаться в штаны, рубаху и плотную худи с утепленным капюшоном. Натянула полосатые носки и высокие кроссовки с усиленной амортизацией. После этого выбралась из джипа — в стужу и ветер.

Больше всего ее раздражало отсутствие водоемов и мотелей. Наоки была чистоплотной девушкой и рассчитывала на хоть какие-то поселения вдоль трассы. Потом она вспомнила, что движется через нейтральную полосу. Впереди — еще одна линия Пояса Защита, лишь после этого «Мерседес» въедет на территорию Лунных кланов.

Нейтральная полоса была безлюдной.

Здесь незачем селиться.

Что ж, если верить карте, машина должна пересечь вторую линию сегодня утром. Ближе к девяти-десяти часам.

Вернувшись в салон, первым делом Наоки включила печку. Закрыла глаза, сконцентрировалась и, начертив в воздухе призрачный квадрат, врезала в лобовое стекло дверцу тайника. Достала из межпространственной ниши бутерброды с сухой колбасой и небольшой термос, наполненный горячим гватемальским кофе. Принялась за еду, глядя на сереющие окрестности.

Голова уже не болела, но в нижней части живота противно тянуло. Придется пережить это дерьмо, что ж еще делать. Днем появляется шанс отыскать какой-нибудь приграничный поселок и завалиться спать в приличных условиях. Если повезет…

Да, и еще бы принять ванну.

Когда окончательно рассвело, Наоки отправилась в путь. Предварительно вырубив печку. Пройдет еще три-четыре часа, и ночной холод сменится лютой жарой.