— Ничего не вижу. А, да… кто-то идет. Я всё спрячу.

Пока стражники прятали вещи, которые не должны были находиться на посту, и приводили себя и своё оружие в порядок — поправляя застёжки на ботинках, оружейные ремни и камзолы, — к ним неспешно приближалась одинокая фигура. Ей предстояло пройти не близкий путь: два крутых раскинувшихся уклона разделяли пост и идущего человека. Стражники успели привести себя в порядок, надеть кожаные шлемы, вооружиться по протоколу и встать, как оловянные солдатики, у поста. По мере приближения человека к посту сомнения стражников в том, что это важный гость, нарастали. Они рассыпались окончательно, когда худощавый мужчина в замызганной серой рубахе и брюках, с характерным портовым запахом, почти вплотную подошёл к посту для предъявления документов. От прежней выправки стражников не осталось и следа.

— Так. И куда ты идешь? Ты, может, заблудился? Ты только скажи, и мы тебе быстро дорогу покажем… — начал со злорадством спрашивать прежде неразговорчивый стражник.

— В верхний город. На работу. У меня есть документы, — уверенно проговорил мужчина.

— Доставай свои документы.

Мужчина, развязав верхний узел камзола, запустил правую руку во внутренний карман и достал голубоватую бумагу. Второй стражник не стал терять время зря и обошел мужчину сзади, встав чуть поодаль, не давая пути к отходу в случае необходимости.

— Давай сюда, — резким движением стражник вырвал документы из руки просителя.

— Не смотри на меня! Смотри себе под ноги! — начал угрожать стражник.

Мужчина никак не отреагировал, продолжая смотреть в сторону стражника.

— Ты меня не понял? Значит, сейчас поймешь! — стражник, подойдя почти вплотную, левой рукой начал вытаскивать меч, направляя эфес прямо в живот. Резкий удар пришёлся на правый бок. От боли мужчина опустился на одно колено, переводя дух.

— Будешь теперь знать, как не слушать приказов стражи... Поздравляю. Воспитательная часть закончилась. Теперь продолжим. Так… — стражник начал раскрывать документ и вчитываться.

— Барут. Работник зеленых садов в поместье семьи Аль-Фурат. Многократный.

— То, что ты портовый, мы почувствовали ещё за несколько лиг, — почти синхронно начали смеяться постовые.

— Поведай-ка мне, Барут. Почему это твой пропуск многократный, а мы тебя здесь видим первый раз? Мы лично здесь, на посту, больше месяца. Такого, как ты, мы бы точно запомнили.

— Запомнили… Запомнили, — начал вторить второй.

«Только бы не выступила кровь. Рана не до конца зажила. Это может вызвать ненужные вопросы».

— Господа, стражники, — поднимаясь, начал отвечать мужчина.