— Ты смотри, как он нас назвал. Господа… Хорошо. Господа тебя слушают. Продолжай.

— Я совсем недавно записался у распорядителя. Потерял место на Кармелите в порту. Мне надо кормить семью. Мне никто не говорил, как нужно. Дали бумагу, сказали, куда идти и к кому. Всё.

— Какое мне должно быть дело до твоей семьи? Никто тебе не сказал, что проходы в Верхний город требуют платы? — начал перебивать стражник.

— Распорядители… Только о себе и думают. Эй! Сбегай и принеси мне то стекло, которое десятник выдал.

Второй, не говоря ни слова, в обнимку с копьем пошёл в небольшую каменную сторожку, расположенную на границе кварталов.

«Припрячу стилет на крайний случай. Опасно проливать кровь прямо перед бойнями».

— Что у тебя есть?

— Только всё, что на мне, и бумага. Меня предупредили: ничего лишнего брать нельзя. Я первый раз, — сказал мужчина, слегка ощупывая своё тело, словно подтверждая слова.

— Прекращай. Я с первого раза понял. А вообще странно. Никто новичков, особенно из портовых, в первый раз одних не отправляет. Особенно на этот переход. — успевший отойти и расслабиться стражник сделал два шага по направлению к мужчине.

Не успел стражник задать следующий вопрос, как он отвлекся на напарника, бегущего из сторожки с замысловатым стеклянным изделием. Вопрос повис в воздухе.

— Сейчас проверим, где ты мне соврал.

Стражник забрал стеклянное приспособление у напарника и начал внимательно рассматривать бумагу. Приспособление представляло собой обычное двойное увеличительное стекло со странным напылением. Тяжело представить, что оно способно помочь выявить подделку в официальных документах.

— Бумага похоже на канцелярскую. Почерк ровный. Оттиск печати... Оттиск печати тоже. Подпись присутствует. Неужели настоящее? — с недоумением про себя проговорил стражник.

— Эй. Сбегай до перекрестка и найди гонца. Пусть пришлют кого-то из поместья Аль-Фурат. Нечего ему одному шастать по Верхнему городу.

— Сейчас сделаем, — напарник энергичным шагом направился по брусчатке вглубь квартала.

— Ты понимаешь, что это ничего не меняет, — спокойно проговорил стражник, отдавая бумагу. — Если у тебя ничего нет сейчас, значит ты будешь должен в двойном размере в следующий раз. Пойдем со мной. Посидишь в штабе, пока за тобой не придут и не подтвердят.

«Штабом» стражник называл маленькую каменную одноэтажную сторожку на границе кварталов, откуда выбегал его напарник с увеличительным стеклом. Внутреннее убранство «штаба» представляло собой довольно аскетичное пространство: письменный стол, несколько табуреток, глиняная посуда, остатки еды и несколько холщовых мешков с хламом, разбросанных на полу.