— Ваше Сиятельство, хорошо, что вы прибыли, — соврал я, выбрав что-то более-менее нейтральное.

— Не вижу счастья на твоей потрепанной физиономии, — отметил маркграф Готмал. И не поймёшь, шутит он или говорит всерьёз. — Рассказывай, что произошло? И как в Южной марке оказался маркграф марки Вольной⁈ — потребовал он, вновь обжигая меня холодным взглядом.

Его люди ненавязчиво, но довольно профессионально охватили меня полукругом. Оружие не нацеливали, но сержантский доспех против безоружного — сам по себе оружие.

— Не так давно, когда на Вольную марку древолюбы напали, мне удалось захватить пленника из варгаров. Много из него выудить не удалось, но кое-что он рассказать успел, — начал спешно импровизировать я, мешая правду и вымысел. — В том числе и о странном интересе альвов к этим местам. Решив проверить его слова, я нанял местных врачей. Они постоянно в разъездах по предгорьям. И вот, недавно получил от них телеграмму о вспышке непонятной болезни. Прибыл в Южную марку, а тут… началось, — я ткнул в кучу тел.

История шита белыми нитками, причем на живую. Но проверить мои слова не так-то просто. Прию и Винея я с собой утащу, а о том, когда именно я их нанял, до их переезда в Горан или когда они уже открыли практику в городе, знает не так много людей. Конечно, если копать активно, то легко узнать, что до этого они пытались открыть практику в Тирбозе. А там и до верных выводов недалеко. Но ключевое слово — активно копать.

Хотя один только факт, что я выбрал именно докторов, и они (о чудо!) нашли непонятную болезнь, выглядит подозрительно. Может, стоит отметить, что и помимо супругов Шелат у меня есть люди в Южной марке? Или это звучит ещё хуже?

К счастью, отец Дэи не обратил на данное «счастливое совпадение» ни малейшего внимания. Заинтересовало его другое.

— И почему я, правитель этой земли, впервые слышу о каком-то там интересе альвов к моим землям? — строго поинтересовался он.

Пожимаю плечами, универсальный жест, можно использовать в любой непонятной ситуации.

— У меня не было доказательств, кроме слов пленника. Да и те были весьма расплывчатыми.

— И где этот пленник?

— Погиб при попытке бегства.

— Как удобно, — поморщился Тьерн Готмал, задумчиво барабаня пальцами по пряжке широкого поясного ремня.

— Еще одна причина, по которой я не мог никому ничего рассказать, — вздохнул я, изображая крайнюю степень смущения.

Мои слова явно зародили в отце Дэи определённую искру сомнений. Не в отношении меня, со мной и так ясно, что я крайне сомнительный тип, а к древолюбам. Сложно спорить с аргументом из нескольких тел варгаров и ликанов. Самый пристрастный злопыхатель не сможет обвинить меня в том, что я притащил дикарей в своём багаже.