Весь Совет, кроме главы, ловит ступор. Особенно Воскресенский. Да и остальным членам ненамного легче, даже тем, кто никак не связан с наркотиками. Ведь у каждого за спиной вздымается шкаф, полный интриг, сговоров, козней.

— Витя, не стоит верить бездоказательным обвинениями, — Воскресенский натягивает на лицо усмешку.

— Ты прав, Женя, голословщину нельзя принимать за доказательство, — соглашается Трубецкой. — Пока я просто мотаю на ус, всё что слышу, — глава обводит взглядом замолчавших коллег. — Итак, решено? Всех мужчин Вороновых от мала до велика казнить, женщин — изгнать из Сочи. Кто против, пусть выскажется.

Тишина повисает в зале.

— Единогласно, — подытоживает глава. — Сбежал только наследник Емельян, но я надеюсь, что и до него доберемся. На перевалах его не видели, в порту тоже. Негодник прячется где-то в Сочинской долине. Ничего, отыщется. Не переживайте, коллеги.

Остальной Совет не переживает. Дворяне еще пребывают в прострации после вынесенного приговора. Трубецкий только что почти единолично решил вырубить целый род под корень. И это только ради того, чтобы не раздражать европейских партнеров.

— Кому достанутся владения Вороновых? — подает голос Воскресенский.

— Поделим с вами поровну, — усмехается Трубецкой. — Не впервой. Только не будем забывать и о Соколовых с Лазаревыми. Ну и о Романове, само собой, — глава улыбается в бороду. — Мне кажется, всю затею придумал именно этот парень. Он достоин поощрения.

— Как поделим земли и недвижимость? — не отстает Воскресенский.

— Завод по насосам получат Соколовы, Лазаревы заберут пару ресторанов. Романову пуска достается усадьба в черте города.

— Нам остается совсем немного, — замечает Воскресенский. — Стоит ли отдавать завод Добромиру? У него уже есть свой. Соколовы получат монополию в насосном производстве.

— Монополию лишь в Сочи, — отмахивается Трубецкой. — У них полно внешних конкурентов, поэтому они не смогут задвигать цены.

— Ну а щенку Романову не жирно будет? — подают голос с дальней половины стола. — Городская усадьба у Вороновых уж слишком неплохая. Я там гостил несколько раз.

— Я тоже. Да, очень даже ничего, — соглашается Трубецкой. — Но юноша шагает верной дорогой. И одного домика мне совсем не жалко, чтобы показать ему это. А вам?

Члены Совета переглядываются и пожимают плечами.

— Значит, снова единогласно, — глава Совета довольно поглаживает бороду. — Межевание пройдет в самое ближайшее время. Каждый на этой неделе получит межевой план. Никто не будет обижен, всем перепадет по крепостной деревне. Но если кто посчитает, что его обделили, может подойти ко мне. На этом заседание Совета объявляю завершенным.