— Попробую позвонить прямо сейчас. Что за повод для встречи?

— Скажите, что Бердыш передаёт письменный привет. Он поймёт.

Барон подозрительно косится на меня и встаёт.

— Подожди здесь.

Жду. Пью чай, печеньки жую. Вкусные, зараза. Надо спросить у слуги, где покупали. Хочу Светочку угостить.

Кузнечиков возвращается через несколько минут:

— Капитан ждёт. Езжай в поместье губернатора, тебя проведут.

— Прекрасно, — отряхиваю с губ крошки и встаю. — Спасибо, ваше благородие. Будет повод снова заглянуть в поместье губернатора.

— Ты там уже был? — изумляется барон.

— Однажды. Праздновали кое-что. Не забудьте о второй услуге! Когда придёт время, я дам знать. Всего доброго.

Кланяюсь и ухожу.

Вот и славно. Получил что хотел, хоть и пришлось чуть-чуть пободаться. Правда, я раскрыл перед Анатолием почти все свои карты. И что Бердыша прикончил, и что намерен получить титул.

Впрочем, я не стеснительный. Пусть хоть весь мир будет в курсе. Это никак не помешает мне добиться цели.

— Послушайте, а где вы берёте это чудное печенье? — спрашиваю у слуги, когда он провожает меня к выходу.

— Так это же из магазина его благородия. В центре, называется «Кузнецкие сласти».

— Спасибо. Обязательно зайду.

Конюх выводит Эклера. Скакун выглядит сытым, довольным и готовым к новым свершениям. Даже копытом бьёт, не терпится в дорогу.

Ну, мы и отправляемся галопом. Тем более что поместье губернатора за городом, можно скакать с какой угодно скоростью. Это на улицах городовые ругаются.

Добираюсь до места, называю себя, и гвардейцы без проблем проводят меня в поместье. Я действительно уже бывал здесь, на той благотворительной новогодней ёлке. Правда, в тот раз нас пускали только в бальный зал и туалетные комнаты для слуг. А в этот раз меня ведут на второй этаж, где располагаются, как я понимаю, рабочие помещения.

Когда гвардеец стучит, из-за двери доносится неожиданно мягкий мужской голос:

— Войдите.

Солдаты впускают меня, а сами остаются снаружи.

Сидящий за столом мужчина не похож на офицера. Невысокий, узкоплечий, с собранными в хвост длинными волосами. Смазливый какой-то. Я ожидал увидеть кого-то вроде Демьяна Мастифина.

Единственное, что выдаёт в нём военного, это мундир. И тот висит на спинке стула.

— Присаживайтесь, молодой человек, — не отвлекаясь от написания какого-то письма, говорит Мережковский.

По дороге, кстати, я спросил у гвардейцев, как имя-отчество капитана. Николай Павлович.

— Итак, что у вас за дело? — продолжая писать, спрашивает Николай.

— Так получилось, что у меня есть ваша расписка на семнадцать тысяч рублей.