И, после ритуальных — «а о чём рассказывать-то?» и логичных «а обо всём!» — начал ельф стероидный свой рассказ. И его Хельга тоже рассказала.

А я, после того, как мужественно скинул на Зелёнку честь ответного рассказа, переваривал услышанное.

Итак, Славик — мой земляк, судя по всему, столичная штучка. Судя по всему, это потому что часть личной информации до конца — ушастый не помнит. Забылась в несколько месяцев после изменения.

Этот эффект у металюдей был известен, дети вообще искренне считали, что всегда жили в мире с небывальщиной. А взрослые — забывали «неважное», да и «вспоминали» бытие ельфом\гнумом\чертом в ступе.

Ну да неважно, а важно, что парень перебрался из «крупного города» в местный небольшой посёлок. Работал на удалёнке, «большой город достал» и прочее подобное. Вообще — прекрасно его понимаю, сам до конца несколько лет свалить из переполненной столицы хотел, да не срослось.

Правда в посёлке у Мирослава начались непонятности. Прямо не врал, но мялся как школьница. И Хельга на него пару раз зыркнула, вроде незаметно.

В общем, у столичной штучки в посёлке, судя по всему, сложилось двоякое положение. Пейзане женского пола его всячески приветствовали, благо как я по контексту понял — парень после изменения просто подрос, а так был накачанным и здоровым и человеком. А он на приветствия отвечал соответствующими органами и образами.

А пьющее мужское население крайне негативно на это дело отреагировало. Ну и «сидит дома, тарелок вражеских понаставил, денег до хрена».

В общем, у Мирослава с местным пейзанством сложилась ситуёвина, когда он окучивает рога и выписывает лещей один на один малым группам. Крупные его ловят, если поймают, и бьют, в том числе и ногами.

Ну такой себе расклад, прямо скажем. И пихало парень мог в штанах держать, как по мне, и пейзане дурачьё: не самогон жрать могли, а своими жёнами заниматься. И нахрен тем бы «столичная штучка» не сдалась бы.

И вообще — дом не жгли, самого не прибили, а в принципе — могли.

Ну да ладно, продолжается эта сантабарбара год, до конца. Посёлок выживает, на самого Мирослава пейзане смотрят с неделю как на идиота, когда он бегает и рассказывает о звиздице — у них и связь и прочее сбоило и без концов всяких, а нет связи — пофиг.

Но поверили, в итоге, а тут бац — изменение. И четыре сотни человеков из полусотни проснулись возвышенными и остроухими. Кроме Славки — он стероидный и остроухий, аж с бородой. И сам высказал занятную теорию, кстати:

— Есть базово сформированные шаблоны для металюдей. Много, но именно видовые или расовые, если угодно, — басил ушастый. — Но достоверно есть некие… шаблоны, идеи в эфире…