А вот твари… Не понимаю. Они были неразумны, это я чувствовал. Нечисть, не нежить или метазвери. Они, очевидно, чувствовали меня и зелёнку — просто не могли не чуять. И не реагировали, не бежали.

А главное… какое-то гудящее ощущение. Внимание, но такое, рассеянное, не на нас, а по площади.

Но, видимо, на пристальный взгляд у василисков этих силёнок не хватает. Потому как никого, кроме них, не чувствуется. Небывальщины, правда, дохрена, но рассеянной, распределённой. Разберёмся, махнул я лапой.

Топаю по шахте, Ленка по клавишам клацает за спиной, ну и готовлюсь, естественно — выпускаю тросы. Так-то у меня ощутимая часть уже под сбруей выпущена — зелёнку беречь, если что. Но и заказ выполнять надо.

— Не смотри, — выдал я Ленке, замерев перед поворотом, за которым было не меньше тварей.

— Я через терминал. Не пробьют, — положила мне на плечо ствол рогатки девчонка.

— Уверена? — аж обернулся я.

Судя по тому, что на мои прожекторы не поморщилась, а на синих глазах отражения символов — в «маске». И кивнула уверенно. Ну, хорошо, поверим напарнице. Помереть, если что не дам. И вправду в клетку посажу, как нормальный злодей, да.

Высунул трос и всунул. Это я моск, оценил я. Мои тросы передают хреновое ИЗОБРАЖЕНИЕ. И его по причине темноты — за углом быть не может. Ну, зато меня за трос никто ухватить не попытался, тоже показатель.

И засунул я за угол морду, а потом весь засунулся.

Итак, енти самые «василиски» — были ящерицы ящерицами. Ярко-ржавого, медного отлива чешуёй. С наростами на бошках, точнее — глазами, закрытыми. По величине, точнее, пропорциям — жабьими. И пастями лопатообразными, со… стальными зубами. Ну или каким ещё металлом, блестящим в свете.

Грызли они этими зубами крепи. И металл, и пластик, и дерево. Лениво, но с заметным результатом. Ближайшие, под прожекторы попали, на меня пасти поразевали, недовольно поквакали — я думал, атаковать будут. Но нет, просто отошли.

— Свет не любят, но не критично, — глубокомысленно прошептала зелёнка.

— Охренительно ценное научное наблюдение, — глубокомысленно ответил я. — Лен, они совсем тупые. И неагрессивные. И им не нужно мясо, никакое. Каменные духи, я бы сказал.

— Похоже на то, — минуту спустя прошептала подруга.

— И объясни — с какого хрена они на гномов кидались? Они уходят, не агрессивны.

— Не объясню. Лучше объясни — зачем они грызут балки?

— Не объясню. И крепи.

— Велика разница.

— Да никакой, в общем-то. Так, по шахте пройдём? Мне интересно.

— Мне — тоже, — так кивнула зелёнка, что я аж краешек уха, не оборачиваясь, боковым зрением увидел.