Вообще-то я поймал себя на том, что судьба этих двух женщин — мастера и ученицы — тревожит меня куда больше, чем следовало бы. И все бы ничего, Сорафия — действительно ценный союзник. А вот Ясу надо бы выбросить из головы. Девочка симпатичная и неглупая, но при этом слишком самоуверенная и мнит о себе больше, чем реально стоит. Не стоит брать ее в свою сферу ответственности, она у меня и так слишком большая.

(Но что-то мне говорило: поздно. Обе Цапли и так уже туда попали тихой сапой. Если с ними случится что-то серьезное, боюсь, мне придется мстить — и жить с этим потом.)

* * *

Вторая половина зимы выдалась суровая, морозная, вьюжная. Вернувшись после поездки в Тверн обратно в поместье на Солнцеворот, я оказался заперт там практически на месяц. Прошлой зимой лед на реке держался непрочный, мы разбивали его и хотя бы немного запускали колесо. Или использовали ворот и ослика. Этой зимой и для ослика, и для реки было слишком холодно, станки встали, так что я волей-неволей отдавал больше времени опытам с электричеством и рисованию продолжения книжки про лисенка. С последним вообще не хотел связываться, но подросшие Ульн и Бер — одному два с половиной, другому почти три — ходили за мной как хвостики и требовали «еще рисунков»!

Не противно требовали, а очень умильно. Няньки их гоняли, Герна отчитывала — но пацаны все равно умудрялись выпалить просьбу-другую хотя бы во время вечерних посиделок!

Не знаю, кто как, а я не могу игнорировать умоляющее выражение на сразу двух пухлых розовощеких мордашках! Тем более, что никаких мультиков и тому подобного не было, ходить в крыло, где жили ученики, детям запрещали, в крыло, где жили слуги, тоже, и в результате холодной зимой они оказывались заперты на относительно небольшой территории — явно меньше, чем хотелось бы двум здоровым и подвижным карапузам, которые летом были полновластными господами едва ли не всей наружной территории поместья!

Пришлось рисовать.

А вот с электричеством работы не ладились.

Инвертор тока я в итоге собрал. Вместо полупроводниковой сборки использовал банальное колесо с контактными площадками, подключенное через зубчатый редуктор к валу водяного колеса, чтобы получить импульсы нужной частоты и длительности. Благо, какие-то запредельные для механики параметры не требовались. Дальше все относительно просто: собирается так называемый индуктивно-емкостной фильтр. Поскольку разработка генератора проколов шла на моих глазах, а память у меня хорошая, — я просто повторил, как запомнил, размер-в-размер. Правда, отдельно намучался с повторением воздушного (где роль диэлектрика играет просто воздушный зазор) конденсатора переменной ёмкости. А дальше…