Дальше на меня снизошло понимание, которое должно было придти ко мне давным давно. Я понятия не имел, как узнать параметры тока и напряжения, выдаваемые аккумулятором. В смысле, не как сделать простейший стрелочный прибор — там-то принцип элементарный, все та же катушка, стальной сердечник, и соединенная с ним легкая стрелка. Как его градуировать?

Напрягая память, мне удалось восстановить, что понятие «напряжение» как-то связано с накоплением статического заряда. Даже про янтарь, который надо тереть, вспомнил! А дальше — оглушительная пустота в голове! С учетом того, что я как минимумдважды, помимо собственного детства, читал соответствующий раздел учебника: когда помогал разобраться с этой темой старшему сыну и младшей дочке! (Средний сын у нас, на нашу, как выясняется, беду, уродился с особыми способностями к физике-математике, так что это электричество проходил отнюдь не в пятом классе — а как бы не в дошкольном возрасте.)

Да чтоб тебя!

Я мог перечислить всех великих полководцев своего мира в хронологическом или алфавитном порядке, отлично знал, к какой эпохе по каким признакам можно отнести найденную в древнем тайнике рукопись, и мог без труда составить каталог любого книжного собрания. В конце концов, помнил навигационные уравнения для ориентирования в межмировых перелетах и формулы свертывания пространства! Но основы физики моя память не удерживала — хоть плачь!

Обычно я проклинаю свое гуманитарное образование скорее игриво, рисуясь перед настоящими профессионалами. Но не в этот раз: освоенная профессия, отформатировав память, подложила мне невероятных размеров свинью!

К концу зимы я все-таки доделал свой кустарный генератор прокола. Весной, решил я, когда оттает речка и можно будет запустить водяное колесо, чтобы добиться импульсного тока нужной частоты, попробую запитать. Но с аховыми надеждами на удачу: нужные параметры силы тока и напряжения можно было подобрать только случайно. Если очень, очень повезет.

А мне на везение уповать совершенно не приходилось.

Честно говоря, эта неудача сильно давила на мозги — хотелось то ли рвать и метать, то ли сидеть и тупо смотреть в стенку: тяжелое чувство — когда сделал все, что мог, и успех, кажется, уже за поворотом — но не хватает критической мелочи, и ты не знаешь, как ее возместить! А тут еще необходимость сидеть в четырех стенах.

Этот последний фактор давил не только на меня. Может быть, он и стал в итоге причиной кризиса у другого члена семьи Коннах. Даже не может быть, а скорее всего.

Из-за вьюг и метелей мы даже по снегу толком побегать не могли. Тренировались в залах и немного во дворе, но для второго-третьего ранга это откровенно мало: мощные мышцы и высокий уровень внутренней энергии требовали дополнительной работы. Ребята стали чаще устраивать спарринги, иногда довольно жесткие — до серьезных синяков и шишек. Я ужесточил наказание за подобные несанкционированные драки: хотите тренироваться таким образом — только по записи и под надзором наставника! Однако инциденты все равно происходили.