— Я не мастер, — покачал я головой. — Даже не подмастерье, так, второй ранг.

— Извините, привычка, — повинился Шейф. — Вы же, считайте, глава моей мастерской… Ну… давайте я попробую что-нибудь придумать. Но это еще дольше придется отлаживать!

— Ничего, — сказал я. — Зато когда отладим — возьмем рынок штурмом! А пока подумаем над производством простейших эллиптических рессор.

— Чего? — не понял парень.

— Таких специальных приспособлений, которые позволяют сделать езду более мягкой, — просветил я. — Я заметил, что самые дорогие кареты в городе подвешены на ремнях — но это дорого и опасно. Можно сделать проще. Сейчас набросаю тебе чертежик…

Вот за что я должен был благодарить мое гуманитарное образование и хорошую память! Если бы не сотни часов, просиженные в библиотеках над старинными документами, когда в процессе поиска нужных тебе сведений волей-неволей натыкаешься на всякое постороннее (иногда просто чтобы отвлечься, потому что мозг уже просто перегорает), хрен бы я вспомнил, как выглядели рессоры из толстой проволоки. А ведь это едва ли не самое простое, что можно сообразить из люксовых, а значит, более дорогих, товаров на базе нашей материальной базы! Вторым после гвоздей на ум приходят пружины, но их не так-то просто скручивать.

С рессорами, конечно, тоже понадобятся эксперименты — но их провести проще. А еще, если все получится, я наконец-то перестану отбивать задницу в наших возках! Честное слово, даже на лошади ехать приятнее.

* * *

Мой проект по внедрению базовой медицины на село шел своим чередом. Изначально Сорафия прислала своих девочек всего на год, так что этим летом в старых селах она девушек поменяла. Что касается новых, где только-только были построены дома под лечебницы, то там ученицы Цапель только приступили к работе.

И все было хорошо, пока из деревни Пай-Прет — той самой, где мы в прошлом году устроили засаду на Воронов — пришли тревожные новости.

Точнее, пришли не новости. Пришла сама юная Цапля-лекарка, точнее, прискакала на одолженной у старосты лошади. И с апломбом заявила:

— Двое селян попытались меня изнасиловать. Я их прикончила. Прошу господина Коннаха примерно наказать всю деревню.

Только этого не хватало!

Пришлось брать учеников сопровождения, ехать вместе с девушкой в деревню и разбираться.

А случай выдался сложный. Мне с самого начала показалось странным, что жители этой довольно небогатой деревеньки, которые в прошлом году наблюдали последствия нашей стычки с Воронами, так обнаглеют, что рискнут напасть на лекарку. А тут еще выяснилось, что парни, грозившие юной Цапле насилием, и сами были очень юны, едва ли не моложе ее — одному пятнадцать, другому вообще четырнадцать! Однако нельзя сказать, что в этом возрасте парни не могут представлять угрозу, — еще не ожененные стоялые жеребцы. Я прекрасно помнил по инциденту два года назад, до какой жестокости могут опуститься подученные кем-то малограмотные и озлобленные селяне. Быть может, рассуждал я, девушка залечила до смерти кого-то из их родни?