Если бы его видел Лис Коннах, то он бы испытывал немалую учительскую гордость. Но этого Эвин точно знать не мог.

Староста же, слыша его, деланно засмеялся.

— Да какое там убийство! Ну, повздорили маленько в торговых рядах, ну, за ножи схватились… Дело молодое! Вам, уважаемому бойцу, конечно, не понять, но мы, простолюдины, драться-то не умеем, рука туда пошла, сюда пошла, нож выскользнул — одним словом, бывает!

Эвин вздохнул и улыбнулся старосте.

Улыбку эту он очень тщательно скопировал у главы Коннаха — по его же рекомендации. Нет, глава Коннах не советовал брать пример с себя. Он просто сказал: «Если у тебя трудности с тем, чтобы отображать нужные эмоции, выбери человека, у которого тебе эта эмоция нравится, и натренируй перед зеркалом, чтобы получалось похоже». Вот Эвин и выбрал. Благо такая роскошь, как зеркала, в поместье Коннахов имелась!

Интересующая Эвина улыбка у главы Коннахов получалась любезная, снисходительная и даже, пожалуй, добрая. Только от нее у всех волосы дыбом вставали. Удивительно, но кроме Эвина никто не понимал, почему! А все дело в том, что к этой улыбке следовало прикладывать очень расчетливый взгляд. Если еще думать, в какое место и с какой силой нужно ударить собеседника, чтобы он умер с одного удара, а ты потратил как можно меньше сил, то результат получается именно тот, какой нужно. Когда Эвин это сообразил, ему стало очень интересно: неужели Лис всегда о чем-то таком размышляет? Но спрашивать не стал.

Вот и в этот раз улыбка принесла свои плоды. Староста сбледнул и даже сделал шаг назад.

— Возможно, это была драка, — протянул Эвин. — Однако погиб мытарь его сиятельства графа Флитлина. Человек, который находился под защитой Школы Дуба. Я рассчитываю, что ко мне в ближайший час, — он демонстративно поглядел на небо, — приведут тех, кто за это ответственен. Пока же вы можете разместить наших лошадей и принести мне и моим людям освежающие напитки. Никакого эля. Вода с лимонным соком или квас, если у вас его делают.

Квас — настоянный на хлебе пузырящийся напиток — с некоторых пор стали настаивать в вотчине Коннахов. Вроде бы кто-то из кухонных слуг придумал, чуть ли даже не Уорин Плессен. Простой в изготовлении, приятный на вкус и даже слегка имитирующий хмель напиток быстро разошелся по соседним деревням, но дальше еще не проник.

— Я… распоряжусь, — неуверенно проговорил староста.

Эвин знал, что ему по чину полагалось бы сидеть в Доме совета или в таверне неподалеку и ждать, пока к нему приведут людей. Но вместо этого он отправился на обход ближайшего рынка — где, по словам местных, произошла драка с мытарем.