Суи простоял не меньше ладони, приходя в себя. Покачал головой и потрусил по дамбе, обходя свежие лепешки…

Кое-где насыпь размыло — и дожди поработали, и разливы Бегера, наверняка вздувающие болото выше некуда. Из толщи земли этаким змеиным скелетом то там, то там торчали остатки древней кладки. Кирпичи потеряли все грани в войне с беспощадным временем, но стойко держали строй.

Бертран поежился, представив, что произойдет через много-много лет, когда случится нехорошее. Многодневные дожди, или растаявший обильный снег — выше крыш! Много-много воды, лихим напором ударяется в дамбу. Раз, другой, третий… На какой-то, через дюжину или несколько дюжин, кирпичи начнут крошиться, рассыпаться в пыль, тут же становящуюся грязью. И вода, с радостным ревом победителя, врывается в промоину, круша и ломая… Треснет одно ребро, начнут валиться и прочие. И ладони не прошло, как от дамбы осталось начало и конец. А ты плывешь в мутном потоке, пытаясь отмахаться от перепуганных насмерть пиявок, что прямо таки взмывают из волн, дабы вцепиться в человека. И непременно — в лицо!

— Да ну нахер, я сваливаю! — прошипел сквозь зубы, сам себя до усрачки напугавший Бертран, и прибавил шаг.

Оказавшись на твердой и надежной земле, он выдохнул. Покрутил головой — та вертелась с каким-то подозрительным скрипом, как несмазанное колесо. И, почему-то, если ею резко дернуть, перед глазами начинали крутиться зелено-желтые круги.

— Значит, все-таки, поганки, — хлюпнул носом Бертран, нехорошими словами помянув подозрительные сыроежки, что, не подумав, схрупал в лесу, — буду умирать молодым, так и не увидев стен Таилиса!

И тут резко скрутило брюхо, словно шилом пырнули.

Разумеется, никто не умер. Но торжественный вход в первый город в своей жизни, Бертран Суи из Суры вынужденно отложил. Идти в мокрых штанах — как-то не совсем достойно.

Привычно уже забравшись в глухой овраг, в самые густые можжевельники, Суи развесил белье на колючих ветках, и долго сидел у костерка, глядя на огонь.

Жить хотелось легко и просто, но будущее вырисовывалось скорее интересным. От нехороших предчувствий кололо в боку.

* * *

Суи подходил к воротам, а сердце колотилось все сильнее и сильнее. Высоченные, в три сажени стены из тесаного камня подавляли, заставляли чувствовать себя крошечным никчемным муравьишкой у подножья вечности. Башни же, казалось, и вовсе скребли небо по мягкому животу. Бертран задумался, не цепляются ли облака за шпили? Тут же споткнулся, упал. Окружающие заржали, тыкая пальцами.

— Гля, ну ты, гля, совсем деревня! Тебя как из амбара выпустили?