— Рыжий дым! — воскликнула Настя, едва разглядев тоненькие султаны, клубящиеся над соснами. — Это же горящая дурман-трава! Они уже начали?

— Скорее закончили, — мрачно резюмировал почтарь и, пришпорив коня, отправил его в еще более быстрый галоп. — Но мы, возможно, еще успеем посмотреть, кто там!

Неожиданно дорога ушла в густой лес, лапы сосен били по рукам и лицу, но маленькая ведунья мужественно держалась. Олегу, сотнику Хотену и слуге наместника Сарду было словно бы все равно — они стоически принимали удары, даже ни разу не зашипев от боли.

Конь почтаря вдруг вырвался на простор, и перед Олегом и Настей открылась просторная поляна, то тут, то там заваленная крупными камнями. А в центре стоял самый большой валун, который оказался заодно и самой высокой точкой холма — оказывается, они уже были на вершине.

— Прыгай! — крикнул почтарь ведунье, и та лишь успела последовать его совету, как чадящий огненный шар ударил их скакуна в бок. Конь заржал от неожиданности и боли, грянулся оземь, затем снова вскочил.

Чья-то рука аккуратно, но вместе с тем сильно вдавливала Настю в траву, однако она ухитрилась из этого неудобного положения увидеть, как вверх взмывает какая-то то ли птица, то ли древний былинный ящер. И, как показалось маленькой ведунье, на спине существа выделалась скрюченная человеческая фигурка. Но в темноте при свете одной лишь луны можно было и обознаться. А потом ей и вовсе заткнули рот влажной тряпкой. Возмутившись было этому факту, девочка вспомнила, что дым от сжигаемой дурман-травы может быть опасен потерей сознания или даже галлюцинациями, и пробубнила почтарю неразборчивую благодарность.

— Именем князя! — прогремел над поляной голос Хотена.

Он прятался за одним из валунов, как они с Олегом, и высматривал читающих новые наговоры колдуны. Сразу несколько?! Один, два, три — точно, трое! А посередине каменистой поляны, прямо у подножия огромного валуна, сидел так хорошо знакомый Насте кабан-оборотень. На этот раз, правда, без своего напарника, но все такой же общительный.

— Знакомые лица! — прорычал он. — На этот раз я доберусь до обоих! А ну выходи, ведунья Даждьбога! И ты, почтарь!

Сард в этот момент выскочил из своего укрытия и, залихватски засвистев, метнул в кабана тяжелый дротик. Но оборотень был наготове и увернулся, острие проскользнуло по его толстошкурому боку, не причинив вреда, и со звоном врезался в валун.

Кабан вновь взрыкнул и бросился на дружинника, который уже достал из ножен короткий меч.

«Неужели он всерьез решил в одиночку пойти на оборотня и колдунов? — округлила глаза Настя, выбравшись из-под тяжелой руки почтаря. — Да еще так странно… Сначала совершенно лишний свист, потом дротик вместо привычного для степи лука, а теперь готовность к ближнему бою. Опять же совершенно нехарактерная реакция для тех краев, откуда он прибыл».