Финн больше не произносит ни слова, но его глаза остаются прикованными к своей девушке, пока я снова не пристегиваюсь, и мы не уходим тем же путем, каким пришли. Это яркое напоминание о том, почему я решил бороться за Бека, и хотя часть меня хотела бы, чтобы мне не напоминали о том, что я потерял, я, как ни странно, благодарен за это.
42
“Что это?” — Спрашивает Уэс, когда Финн возвращается в здание клуба.
Выражение его лица интересное. Я ожидал, что у него по всему лицу будут следы губной помады после того, как он тайком сбежал на встречу с Обри. Вместо этого в его руках чашка с логотипом, выбитым спереди, от которого у меня перехватывает дыхание.
Я делаю один шаг вперед, затем снова отступаю, прижимаясь к стене. Внимание Финна переключается с Уэса на меня. Меня охватывает страх, и я прикусываю язык, прежде чем успеваю потребовать ответа, чтобы утолить свое любопытство.
Джетт морщит лицо, занимая место Финна. — Это матча?
— Можетбыть?
“ Ты даже не знаешь, что тебе принесла твоя девушка? Келлан настаивает.
Финн обходит Джетта и подходит ко мне, протягивая странный зеленый напиток.
Мои брови подпрыгивают. — Обри принес это для меня?
“ Нет, тупица. Это от твоей девушки, не от моей.
— Она не... - я не заставляю себя закончить предложение.
Расправив плечи, я беру чашку и осматриваю ее. Зеленая жидкость смешалась с тем, что я принимаю за молоко, но в ней плавают какие-то кусочки. Соломинки нет, только крошечное отверстие сбоку в крышке.
“Ты должен попробовать”, - добавляет Финн, указывая подбородком на чашку.
— Ты видел ее? — спросил я.
Сочувствие заполняет его глаза. — Да.
— Верно.
— У нее был такой вид, будто она хотела принести это сама.
— Но она этого не сделала, — ворчит Келлан.
Его тон раздражает меня так же, как и последние два дня. После вечеринки по случаю помолвки он разозлился на Куинн еще больше, чем все то время, что я был с ней. Он никогда не доверял ей, и, как бы ни было чертовски неприятно это признавать, он назвал это.
Однако это не значит, что я фанат того, что он становится резким, когда речь заходит о ней. Я все еще люблю ее. Я не вижу, чтобы это менялось в течение долгого, очень долгого времени.
Я отворачиваюсь от своих товарищей по команде и подношу чашку к губам. От первого же глотка у меня щиплет в глазах, а меня пробирает кашель. Это все равно что провести языком по внутренней стороне суши-ролла, причем не в хорошем смысле. Молоко ни в малейшей степени не уменьшило вкус. Я вытираю рот тыльной стороной ладони и усиленно глотаю, пытаясь избавиться от привкуса.