В общем, если бы не теракты с транспортниками, я бы от души посмеялся…
Глава 24
18–20 ноября 2470 по ЕГК.
…Страх кагана Баничура перед кораблями с «чудо-оружием» пробудил мою паранойю. Поэтому я просочился в Талгар через зону перехода с КС пять-двадцать пять, отсканировал всю систему, поручил Фениксам провести необходимые расчеты, прыгнул к первой попавшейся «троечке» и обнаружил рядом с ней не только солидный минный объем, но и рейдовую эскадру вместо обычной патрульной группы. Проверять «единички» и «двоечки», конечно же, не стал — пошел по возрастающей с шагом в плюс-минус две десятые, и через одиннадцать часов мотаний по системе выяснил, что для обеспечения своей безопасности глава государства «закрыл» все зоны перехода с коэффициентом сопряжения менее четырех целых двух десятых, для чего пригнал в Талгар… порядка двенадцати флотов!
Порадовавшись своей предусмотрительности, переместился к «дырке» с КС четыре-сорок две, убедился в том, что она показалась аналитикам тюрков слишком жесткой, и ушел в мертвую систему, в которой оставил «Черномор». Там отдохнул, поел, провел очередной брифинг и на пару с Мариной затащил в Талгар «Наваждения» Ослепительных Красоток. Кстати, прихватил с собой и Настену с Костяном — первую, как аналитика, а второго за компанию с ней. А остальных подопечных оставил на крейсере. Тренироваться.
В итоге к Талгару подошли девятнадцатого ноября во второй половине корабельного «дня» и с первого же взгляда на сканеры потеряли дар речи — вокруг планеты обнаружилось шестнадцать орбитальных крепостей и десять флотов; и те, и другие висели в сплошных сферах из масс-детекторов; над «шариком» постоянно барражировали звенья истребителей-перехватчиков, а гражданские борта двигались по строго определенным коридорам! Результат облета родного мира кагана по стандартным спиралям восхитил еще серьезнее — оказалось, что коридоры для гражданских судов постоянно меняются, что столица прикрыта двумя слоями амеровских низкоорбитальных анализаторов, а на высотах от двух до двадцати километров барражирует армейская авиация!
Мысль о том, что для мирного времени все это выглядит слишком уж странно, действовала на нервы все время, пока я «подбирал» остальные борта, отводил «эскадру» подальше от планеты, собирал девчат в конференцсвязь, обменивался впечатлениями и ставил боевые задачи. Поэтому, перечисляя Фениксам критерии для анализа собранной информации, я переплюнул все свои прежние личные достижения. И, как вскоре выяснилось, не зря: кластер искинов обнаружил сразу несколько крошечных «шероховатостей», никак не вписывавшихся в тезис «Баничур в панике». Какие именно? К примеру, одна из пяти орбитальных крепостей, прикрывавших столицу, висела точно над дворцовым комплексом, а остальные четыре — на воображаемой окружности с ним в центре, зато центр «ордера» из пяти Ударных флотов оказался смещен на космодром Бесагаш. Тот самый, на который тюрки сажали «Юрюзань» и «Уралец». Вызывало вопросы и распределение плотности низкоорбитальных анализаторов над Таласской агломерацией: над дворцовым комплексом и Бесагашем этой дряни оказалось почти на тридцать процентов больше, чем над остальными районами города. Да и наземные аналоги этих анализаторов были установлены только вокруг «родового гнездышка» Баничура и на подступах именно к этому гражданскому космодрому.