— Эта «абсолютная самостоятельность» действовала на нервы. Особенно во время пребывания в гипере… — призналась Темникова, наткнулась взглядом на блондиночку, потерявшуюся в любимых ощущениях, и «убито» вздохнула: — Все, Маша уже на седьмом небе от счастья, а я — еще нет. И как с этим жить?

— Никак… — ответила Марина и предложила «атаковать». Меня. Но Даша отрицательно помотала головой и выдала забавный монолог:

— Не могу. Во-первых, я соскучилась по тебе ничуть не меньше, чем по Тору, во-вторых, «атаковать» голодного мужчину жестоко и, в-третьих, наши планы на день никто не отменял, а значит, пора начинать шевелиться. Короче говоря, отправляйтесь принимать душ, а мы пока организуем завтрак…

Отправились. Ополоснулись. Привели себя в порядок. Сытно пообедали. И расслабились. Увы, совсем ненадолго: уже минут через пять я посмотрел, который час, поблагодарил хозяюшек за заботу и дал команду собираться. Тут девчата переключились в рабочий режим — в мгновение ока убрали со стола, натянули парадно-выходное шмотье, очень быстро навели красоту, заявили, что готовы ко всему на свете, получили следующий боевой приказ и рванули к лифту. Поэтому еще минуты через полторы мы с Завадской тронули «Бореи» с места, вылетели в подземный лабиринт и понеслись к КПП, а через пять-семь ввинтились в небо по разгонному коридору, сходу прострелили до безлимитки и дали жару.

В пятницу в районе полудня движение по воздушным трассам столицы было достаточно напряженным, но мы вылетели с космодрома с приличным ефрейторским зазором, поэтому упали к Неглинной на восемь минут раньше, чем планировали, наведались в хранилище Императорского банка, затарились наградами, которые надо было «выгулять», и вернулись к флаерам. Футляры убрали в бардачки, снова вынеслись на оперативный простор и встали на новый курс.

Пока шли на юго-запад, связались с Ульяной и уточнили, не изменилось ли, часом, ее расписание. Получив отрицательный ответ, отправили точное время прибытия и скинули скорость. Благодаря чему зашли на нужный корпус Новомосковской Медицинской Академии через две минуты после завершения очередной лекции, спикировали к парадной лестнице, шокировали несколько групп учащихся, обнаружившихся перед ней, и выбрались из салонов.

Синицыной позвонил я — поздоровался, сообщил, что мы прилетели ее навестить, и объяснил, где нас искать. Услышав ее «Уже бегу!», прислонился к обтекателю своего «Борея», приобнял Темникову, нарисовавшуюся рядом, и лениво оглядел народ, «севший» на коммуникаторы. Нешуточный интерес к нам-любимым игнорировал. И не обращал внимания на то, что количество желающих увидеть нас своими глазами растет фантастическими темпами. Зато на появление Ульяны отреагировал в самом правильном ключе — разомкнул объятия, сделал шаг навстречу сияющей девчонке и улыбнулся: