Затем участвовал в составе своего полка в турецкой войне. Стал его командиром и отличился на Бородинском поле. Затем были Заграничный поход, очередная война с Турцией, Польская кампания и вот теперь проклятая Кавказская война. Так что про пролитую русскую кровь генерал знал не понаслышке.

Евгений Александрович поднял голову и высказал наверное одно из самых животрепещущих для него:

— Не без причины, господа, очень надеюсь, что турецкие и европейские ручонки будут урезаны, и это поспособствует скорейшему окончанию войны на Кавказе. А за своих подопечных, — генерал улыбнулся, — можете не беспокоиться. Всем велено оказывать им помощь и ни в коем разе не провоцировать. Для этого Теберда выделена в особый район или округ, еще не знаю, как это точно будет называться, и там будет специальный обер-офицер Отдельного корпуса жандармов. Особое внимание будет уделяться Аслану, сыну Гирея-ходжи, и молодому чеченцу, брату его невесты. Он ведь пока не покинул вас?

— Нет, — ответил Василий.

Рамазан, брат Фатимы, невесты Аслана, шел вместе с нами. И пока он ехал молча, ни на шаг не отходя от сестры. Я даже ни разу не слышал его голоса. Своего отношения к происходящему он никак не выказывал.

— Есть надежда и серьезные резоны, что он оценит наше отношение к тем, кто сложил оружие и перешел на нашу сторону, — генерал улыбнулся и сменил тему разговора. — Государь надеется, что вы, Александр Георгиевич, свои таланты проявите здесь и приложите ваши с женой капиталы в процветание этого края. Я лично очень бы такое приветствовал. Кстати, ваше письмо о просьбе подполковника Судакова, я полагаю, что фельдъегеря уже доставили Государю.

Нынешний Командующий Отдельным Кавказским корпусом и главноуправляющий гражданской частью и пограничных дел в Грузии, Армении и Кавказской области был не только боевым генералом, но и мудрым, на мой взгляд, администратором. Он много делал для развития вверенных ему территорий, в частности три года назад заложил порт Новороссийск, будущий советский город-герой и южные ворота России. Поэтому его пожелания не просто так, а по поводу.

А фраза о моем письме, которое на самом деле не моё, а Василия, вообще песня. Это надо же, какой я фигурой стал: мои письма Государю фельдъегеря доставляют.

Интересно, в какую «гнусную интригу и мерзость» мы с Василием умудрились вляпаться? Судя по всему, это как-то связано с поездкой наследника цесаревича Александра в Европу в поисках невесты. У него, оказывается, и это абсолютно точно, был очень бурный роман с уже королевой Викторией, но еще незамужней. И эта история, оказывается, имела, видимо, очень нехорошее продолжение.