Господа агрономы переглянулись и Александр Петрович, я как-то резко научился в бане их различать, ответил:

— Знаем. А вы где? — что где я, он не договорил, но оно было понятно.

— Я, господа, во-первых, окончил Московский университет, во вторых некоторое время жил во Франции, — братья дружно кивнули головами, типа понятно.

Я с таким вопросом и тем более ответом сильно рисковал, понятия не имею, как Джон Лоус относится к своим работам, вполне возможно, что только через год, летом 1842 года, мир должен узнать о деле всей его жизни. По этой причине я не назвал второго имени, Джозефа Генри Гилберта, сотрудничество которых началось только в 1843.

Хотя конечно буквально накануне утром я спросил о нем у Вильяма и сказал, что его он слышал, но ни о каких работах не знает. А вот о поместье Ротамстед наслышан. Соседние фермеры наблюдали за впечатляющими урожаями на его полях.

А вот с немцем и французом намного легче, они уже много публиковалось. А труды Михаила Григорьевича Павлова, профессора Московского университета, умершего в апреле 1840 года, неожиданно пришли мне два месяца назад.

Мне как Александру Георгиевичу Нестерову, выпускнику Московского университета, стыдно не знать его имя. Он оказывается создал еще в 1820 возглавил кафедру минералогии и сельского домоводства, которой руководил до своей смерти. Знаменитый Бутырский хутор Императорского московского общества сельского хозяйства создал тоже он и был его первым директором.

Оказалось, что его работы перед самой смертью заказал мой родитель Георгий Петрович Нестеров буквально за день до своей смерти. и вот они пришли в Сосновку почти больше чем через год после его смерти вместе со всеми номерами связи с изменением характера печатного органа и по просьбам самих членов «Земледельческого журнала» Императорского московского общества сельского хозяйства и его продолжения с 1840 года «Журнала сельского хозяйства и овцеводства». Причем были присланы все номера по июнь нынешнего года!

Это все бесценнейший источник информации и я уже заказал перуанское гуано!

Чтобы обозначить наши позиции я начинающимся разговоре я рассказал всё это господам-агрономам: про пришедшую мне литературу, которую я уже успел по диагонали просмотреть, про Вильяма и конечно сочинил историю, что про Лоуса слышал в Париже как говорится из уст в уста. И что якобы побывал на ферме француза ферме в Бешельбронне в Эльзасе.

Мой ответ господ-агрономов не только удовлетворил, но и впечатлил. Они даже сразу продолжили разговор. И я для развязывания языков налил еще малинового вина, которое оказало нужное действие на языки агрономов.