— Да, хозяин, — ответили они.

— Заходите с двух сторон и бейте его в шею своими копьями. Ясно?

— Чего уж тут неясного? — хором произнесли Устинка с Егоркой.

— Повторите. Сначала ты.

Выслушав их и кивнув, Андрейка начал ждать.

Первым делом в своих кузнечных потугах отрок сделал какой-никакой инструмент, без которого ничего толком не изготовить. Во всяком случае, в разумные сроки и нормально. А потом, пробуя свои силы, сковал три наконечника копья. Самых что ни на есть обычных — листовидных. Из поганого металла. Но для стоящих перед ними задач и их за глаза хватало.

С этими игрушками, насаженными на древко, они и шастали по округе. Так что теперь Устинка с Егоркой скинули свои копья с заплечного ремня. А носили они их именно так, на марше, с подачи парня. Слезли с лыж. И начали осторожно обходить с другой стороны явно нервничавшего лося.

Андрейке сохатый был не нужен. Но выхаживать его у него не было ни желания, ни возможностей. А оставить так — значит просто оттянуть его гибель, причём совсем ненадолго. Ещё несколько часов, и он, истекая кровью, окончательно обессилит. Упадёт. И всё.

Когда Устинка и Егорка вышли на позиции, отрок постарался привлечь внимание лося. Он крикнул. Снял копьё и начал приближаться.

Сохатый завертелся.

Парень сделал дальний выпад и легонько ткнул лося в задницу. И очень порадовался тому, что выпад был дальний, так как иначе он бы огрёб копытом по лицу. А так — недолёт. Ещё раз ткнул. Лось развернулся на него и захрапел. Глаза его были переполнены яростью, гневом и страхом.

И в этот момент Егорка с Устинкой нанесли свои удары. Раз. Раз. И листовидные наконечники их копий пробили мощную шею лося практически навылет. По крайней мере, кончики лезвий показались с противоположной стороны.

И сразу же рывок назад.

Лось покачнулся, не понимая, куда поворачивать. Холопы же, не медля, нанесли второй парный выпад. Туда же. В шею. Раз. А потом и третий, после которого из шеи бедного лося уже хлестала кровь пульсирующими фонтанами. С обеих сторон. Видимо, перебили сонные артерии.

Он чуть пошатнулся. Ещё раз. И припал на передние колени.

Попытался встать. Но тут же вновь рухнул на колени.

Задние ноги его задрожали. Первой сдала левая, поэтому сохатый и завалился налево. Рухнув на бок.

Вновь попытался встать, но это уже была агония.

Последний хриплый вздох, и всё. Глаза его застыли, как и тело, прекратившее не только дёргаться, но и даже дышать.

— Готовь волокушу, — приказал Андрейка Егорке. Ручную волокушу они с собой всегда брали, выходя в такие рейды. И время от времени она очень пригождалась. — А ты доставай бечёвки.