Он вернул чашку, а другой слуга тем временем налил чай мне. Но я просто погрел руки. Ветер стал слишком холодным.

— Я готов уступить вам эту землю и даже помочь с наймом архитектора и рабочих. Но оплачивать строительство вы должны будете сами. Если захотите, конечно. Но, как по мне, лучшая инвестиция — это вложить деньги в собственное жилище. А ещё лучше — в родовой особняк.

— Не могу спорить, граф. Но какое же у вас дело?

— Сегодня проходит очень важный аукцион, — сказал Волконский. — Обычно я брал на него Юншэня Чао, но сами понимаете, что дальше так продолжаться не может. А вы, как специалист по Китаю, сможете мне помочь купить какой-нибудь раритет.

— И вы готовы отдать мне землю ради такой простой помощи? — спросил я.

— Обычно я плачу комиссионные со сделки, но вам я отдам эту землю, мне она не нужна, а вам может пригодиться. Соглашайтесь, она недалеко от города. Цена ещё вырастет, я уверен.

Волконский заговорил тише.

— Говорят, сегодня будет очень много ценных экспонатов, которые привезли из Китая. Мне бы хотелось заполучить лучшие в свою коллекцию.

— По рукам, граф Пётр Сергеевич, — сказал я и пожал его ладонь. — Если там что-то есть ценное, вы об этом узнаете.

* * *

Аукцион проводили на третьем этаже просторного особняка в самом центре Невского. Я стоял у открытого окна, в которое задувал ветер с Невы, и рассматривал проплывающие мимо лодки. Погода пасмурная, из-за этого всё казалось серым: и сама вода, и дорога, идущая под окном, и машины. Серый город, в котором будто не было красок.

Зато внутри зала было иначе. Панели и мебель из красного дерева, картины, висящие на отделанных красным стенах, тоже изображали красные предметы и пейзажи. От этого агрессивного цвета зал казался бы меньше, но светлый потолок с узорами и картинами всё сбалансировал.

— Тут все те, кто часто покупают вещи из Китая, — сказал мне граф и взял с подноса два бокала с шампанским. — Я так вообще не пропускаю ни один. Многие предметы из коллекции взяты именно здесь. Если хотите, тоже можете что-нибудь купить, вас зарегистрировали по моему приглашению.

Людей вокруг было немного, но ясно, что все они — первые богачи столицы. Некоторых я знал. Тот мужчина, стоящий у столика с выпивкой — граф Курецкий, который однажды купил у меня артефакт.

Другой мужчина с аккуратными усами, выступающий перед небольшой группой — Борис Орлов, брат князя Орлова. А тот толстяк с похмелья, от которого немного несло вчерашней выпивкой — бывший директор академии, который хоть и не был богачом, но был известным китаистом. Наверняка его взяли для консультаций, как и меня.