— Заходи, — не отрывая взгляда от ноутбука, отозвался Вальков.

Савченко вошёл. На нем как всегда безупречный дорогой тёмный костюм, ни складки, ни лишней детали. Лицо спокойное, почти без выражения, только прищур — цепкий и внимательный.

— Артур, дорогой, — Вальков поднялся из кресла, протянул руку. Пожатие тоже было крепким.

Кабинет просторный, с тяжёлой и немного вычурной мебелью. Огромный стол — лакированный, из тёмного дерева, почти пустой. Только ноутбук да бронзовая безделушка — какая-то фигура на подставке. У стены за спиной Валькова шкаф с дверцами под венецианское стекло, внутри — мини-бар и несколько книг с золотым тиснением на корешках для отвода глаз.

— Давай, за удачу, — Валет достал бутылку «Macallan», плеснул в бокал. — Двадцать лет, выдержка солидная. Попробуй.

— На работе не пью, Герман, ты же знаешь, — покачал головой Савченко.

— Сегодня можно, — хмыкнул Вальков, протянул полный бокал. — Начальство разрешает. Хе-хе…

Савченко взял, сделал глоток, поставил обратно.

— Ну, как в изоляторе спалось? Не твердо?

— Сносно, — пожал плечами Савченко. — В джунглях хуже.

— Молодец. Всё как по нотам сделал, Дирижер, — Валет выдвинул ящик стола, достал из-под бумаг небольшую фотокарточку. — На вот, Артурчик, глянь… Следующий твой клиент.

— Хм… — Савченко взял фотографию, пригляделся, приподнял бровь. — Этого малолетку я видел. Заходил в камеру вместе с Мордюковым. Убрать?

— С ума сошёл? — фыркнул Валет и отхлебнул вискаря. — Это же мент. У нас выборы через месяц.

— Я же чисто работаю, Герман.

— Не нужно будоражить общественность, — чиркнул в воздухе бокалом кандидат в мэры.

— Он вообще кто? Опер?

— Неа, штабист. Но, зараза, лезет куда не надо. Мне уже позвонили… Сам знаешь кто. Сказали, что этот лейтенантик нос суёт не туда. И, кстати, это он Рябого повязал.

— Он? Рябого? — Савченко недоверчиво покачал головой. — Малохольный нашего Лёню?

— То-то и оно. Странно все это. Нет, Лёня, бывало, работал топорно, но для грязной работы годился. Тебя надо было к блогеру слать, а не его. А Рябой сам виноват, спалился, земля ему пухом.

— Погоди, Герман. Ты хочешь сказать, что этот штабной сам Леню вычислил?

— Пока не ясно. Может, наобум, может, кто-то подсказал. Вот и разберись — кто он, откуда, кто за ним и почему вдруг поперек дороги нам встал.

Савченко сжал губы, помолчал, а потом проговорил:

— Давай проще. Уберу. Сделаю как несчастный случай. Никто не вякнет и с выборами не свяжет.

— Ну-у… Если только как случайность обставить… — Валет задумчиво покрутил в руках бокал, всматриваясь в золотистую рябь на поверхности напитка, пока не пил, будто раскрывал купаж. — Только чтобы без шума. Понял?