Савченко кивнул.

— Но для начала пробей его. Может, и правда случайность, — сказал Валет, отпивая из бокала.

— В таких делах случайностей не бывает, — Артур поставил бокал.

— Да знаю я… — кивнул Валет. — Но ты сам посмотри на его рожу. Лошара. Только из ВУЗа вылез, год как в РОВД. Зелёный. Может, за ним кто стоит?

— Все уже прикормлены, Герман. А свободных стрелков сейчас не бывает. Кончились последние герои.

— Вот и ломаю голову. У ментов мозгов с гулькин нос. Если бы кто и смог схему раскопать — так это разве что… Лютый. Гори он в аду…

Он замолчал, потом постучал ногтем — ухоженным, ровным, как у банкира или депутата — по краю фотокарточки.

— А знаешь, как зовут этого лейтенанта? Максим Сергеевич. Как Лютого. Только фамилия другая — Яровой.

Савченко усмехнулся, аккуратно спрятал снимок во внутренний карман пиджака.

— На том свете фамилий не спрашивают, там все едины.

* * *

Я вернулся домой поздно вечером. Полдня возился со штабными бумажками, разгребал то, что, по уму, должен был делать в течение дня. Ну и за начальника штаба кое-что сделал: проект приказа накатал от имени Мордюкова, по линии регистрации и учёта заявлений и сообщений. Не моя это обязанность, но Власенко, похоже, привык сваливать свои дела на подчинённых. Я пока специально не сопротивлялся — вникал во всё. Хотел понять, как нынче устроена служба, как движется система, где слабые звенья. И есть ли у нее вообще сильные, кроме автоматизации, баз данных и поисковых систем.

Благо, с УПК и УК у меня проблем не было — спасибо Максимке. Теоретически он был крепко подкован, видимо, зубрил в Академии как надо. Ну хоть за это ему спасибо.

— Маха, я дома! — сказал я на автомате, входя в квартиру.

И тут же остановился. У двери стояли две пары обуви. Мужские туфли и женские сандалии. Обувь, естественно, чужая.

Сначала подумал, что к Машке друзья в гости набежали. Но обувь у порога — странная. Не молодёжная. Ни тебе кислотных шнурков, ни подошвы как у лунного ботинка, ни модного бренда на боку. Всё строго и просто, будто из советского «Скорохода». Да и расставлены не как попало, а аккуратненько, носками к стене.

Запах в квартире стоял домашний. Такой… тёплый. Жареным луком тянет, борщом с мясом, чуть-чуть котлетами. Я даже встал, принюхался. Не понял. Машка что, до плиты доросла? Не верится. Нет, жарить картошку она у меня научилась, пару раз даже макароны отварила. Но борщ… борщ — это уже серьёзно.

— Максим, — в коридоре нарисовалась Машка.

В длинном до пят махровом халате, сером, невзрачном, будто выданном по разнарядке. Из-под него торчали пушистые тапки-зайцы с длинными ушами.