— Ты прав, — кивнул я. — Он серийник. Великов было много.

— А-а, понимаю, — хмыкнул Черкасов. — Оперативная информация, не скажешь… Но он, так-то, мой сотрудник. Пятно и на мне.

— Тормози! — крикнул я, вздернув руку в сторону самокатчика.

Безбашенный парень несся нам поперек.

Визг шин, небольшой занос. Самокатчика не задели, но напугали знатно. Он перекувырнулся. Самокат попал под колеса грузовика, а сам парень улетел на газон, поднялся и теперь испуганно потирал лоб. Впрочем, для нас он быстро остался позади.

— Задолбали, — прошипел Палыч. — Понапокупают себе. Раньше в России было две проблемы, а теперь к дуракам и дорогам третья прибавилась: дураки на самокатах.

— Давай влево, — скомандовал я. — Похоже, за город идет. Странно. На палёной-то тачке.

Я глянул на своего внезапного напарника и его начальника в одном лице. Тот, конечно, в секунду меня понял.

— Про трекер он не знает, — проговорил Палыч. — Но то, что в угон заявим, понимает. Не знаю, что на уме у Рябинина. Всю жизнь служил верой и правдой, в начальство выбился и — на тебе…

Я кивнул, а про себя подумал: потерял ты хватку, Палыч, не разглядел упыря. Как бы в подтверждение моих слов он мотнул головой:

— Думал, что в людях разбираюсь, но прокололся… Вот был у меня друг в девяностые. Макс Лютый. Тот, как рентген — людей насквозь видел. Ты, кстати, на него чем-то похож. Не внешне, а чем-то другим. Не знаю, как объяснить…

Не отрывая руки от руля, он пошевелил пальцами, обозначая что-то необъяснимое. Что-то, что я вполне мог понять и никак не мог бы подтвердить.

— Это вряд ли, — хмыкнул я. — Раньше опера на работу, как в бой ходили — мне рассказывали. А мы сейчас — так… больше по базе пробить. Да результатов экспертизы дождаться.

— Дай угадаю… А ты старший опер? Или важняк? Какая у тебя должность вообще?

— Да так, — пожал я плечами. — В штабе там, писарем.

— Хм… А начальник УГРО тебя слушается.

— Женщина — в кабинете начальник, — улыбнулся я. — А в боевой обстановке лучше на мужика полагаться.

— Верно сказал…— кивнул Палыч, дав по газам, когда вышли на дорогу без светофоров. — В мое время вообще в УГРО женщин не было, а тут… целый начальник отдела.

На телефоне точка маяка замерла, будто сдохла. Но подсвечивала красным, не гасла.

— Остановился, — сказал я. — Всё, встал.

— Где? — спросил Палыч.

Я развернул экран к нему:

— Гаражное общество «Энергетик». Знаешь?

— Конечно, знаю, — кивнул он. — Там мы в девяносто пятом с Лютым взяли цыган с жирной партией дури. Вот хохма была, когда приехал их барон и пытался откупиться, вызволить своих. И предлагал не баксы… а тоже наркоту. Бартер, ёпта! Представляешь? Какой непуганый народ раньше был.