Майор Харитонов несколько раз продиктовал адрес и все так же неспешно вышел, оставляя пациентов в легком недоумении.

— А вот это и есть упомянутый мной вчера «другой отдел, ответственный за задания», — вполголоса сообщил Беляков и хлопнул в ладоши: — Ладно, не будем, так сказать, отвлекаться! Вы все запомнили? Великолепно! — и повернулся к врачу: — Клавдия Ивановна! Девочки! Приступайте!

И девочки приступили.

Яковлев лег на желтоватую простынь, с неким волнительным трепетом наблюдая, как медсестры, разбившись на пары, снуют между коек — вот одна наполняет шприц мутно-сиреневой жидкостью, а другая в это время включает аппарат и присоединяет к пациенту толстые провода. Следует укол, и человек моментально закатывает глаза, секунду трясется крупной дрожью и замирает без сознания, а медсестры переходят к следующей койке… Наблюдать подобное было не только неприятно, но и страшно.

В конце концов очередь дошла и до Кости. И, как назло, одной из двух подошедших к нему медсестер была Леночка.

— Прости, я не хотел тебя обидеть, — виновато потупился парень.

— Ничего страшного, я не обиделась, — наполняя шприц, под маской улыбнулась она и хихикнула: — Иначе стала бы я делать тебе укол… максимально безболезненно?

Костя не успел ничего ответить, лишь почувствовал, как острая игла без усилий разрывает кожу и входит глубоко в плечо, выплескивая фиолетовую жидкость. Боль длилась мгновение, а после наступило преисполненное теплотой блаженство, сменяющееся ощущением полета и эфемерно-мимолетным головокружением…

Кто-то потряс его за плечо. Еще раз. И еще.

— Мущщина, а мущщина! Ваш билетик!

Не открывая глаз, Яковлев отмахнулся от приставучего… кого? Нет! Он не хотел даже знать, кому и что от него нужно! Ведь эйфория еще так близка, нужно всего лишь протянуть руку, погрузиться в эту сладкую вату наслаждения, схватиться покрепче… и не отпускать!

— Мущщина, руки уберите! — взвизгнул кто-то и ударил Костю по ладони.

«Мущщина» с трудом разлепил веки и не сразу сообразил, где находится — перед глазами обнаружилась выцветшая и потертая спинка кресла, в которую он уткнулся лбом.

«Что за фигня?» — подумал Костя, отодвинулся чуть назад и увидел, что все это время сидел, вольготно развалившись на двух пассажирских сидениях автобуса. Рядом, в проходе, стояла пышная, но усталая женщина с болтающимся на шее рулоном.

— Ваш билетик, — замученно повторила кондуктор.

Яковлев захлопал глазами, не понимая, что от него хотят:

— Билетик?

— Билетик, — подтвердила женщина и спохватилась: — Нету, шо ли? Так давайте пробью. Куда едете?