— Давай же, выплесни эмоции! — прикрикнула девушка. — Обложи меня матюками! Наори на меня! Ударь!.. Хотя нет, это лишнее… А потом спокойно поговорим о деле. Точнее, поговорите — вы с Федей.
Яковлев резко обернулся.
— А вот и поговорю! — зло выпалил он.
Кэт насмешливо закатила глазки:
— Как мужик с мужиком?
И Костя вдруг остыл. Или сделал вид, что остыл.
— Нет. Просто поговорю. Насчет моего будущего, — пояснил он. — Ты права. Возможно, твои ценности не так уж и ужасны. Идти по головам и жизням ради своей мечты, ради своей цели… разве это плохо? И если мир такой… то почемуя́должен быть лучше?
— Рада, что до тебя наконец-то дошло! Хотя, зная твой характер, полагала, что ты будешь только истерить и…
— Где сейчас Федор Ильич? — перебил Костя. — Здесь же, в клубе?
— Да. В своем кабинете.
Он кивнул и направился к выходу. Возле двери обернулся:
— Прощай, Кэт.
Та в ответ помахала ручкой:
— Скоро увидимся, Котик! Или ты прощаешься со мной, как со своей девушкой?
Костя не ответил и шагнул за порог.
Глава 20
Федор Ильич сидел все за тем же столом, все в том же кресле. Услышав за спиной шаги, резко обернулся.
— А, это ты, — рассеянно пробормотал он и вернулся к своим компьютерным делам. — Проходи.
Костя остановился в двух шагах за спиной мужчины. Постоял, ожидая, что на него обратят внимание. Не дождавшись, сел в кресло возле стены.
— Кэт сказала, вы хотите поговорить, — осторожно начал он, — хотите что-то предложить…
Федор Ильич поднял согнутую в локте левую руку.
— Это что-то значит? — удивился Костя. — Я не понимаю.
— Это значит: «Помолчи, Константин, я занят».
— Ясно…
Толстяк еще несколько минут постучал по клавишам и наконец обернулся.
— Мы сделали это, Константин! — Он улыбался своей кривой, но довольной улыбкой. — Низкий тебе поклон и огромное спасибо! Как я и говорил, все наше дорогое и любимое правительство благополучно возвращено в город и вскоре предстанет перед…
— Они мертвы, — на полуслове оборвал его Костя.
Понтифик на мгновение смолк.
— Кэт? — одними глазами спросил он.
Яковлев кивнул.
— Эх, девчушка-болтушка! — беззлобно рассмеялся Федор Ильич. — Ну да, мертвы. И что? Это что-то кардинально меняет? Они были ублюдками и получили по заслугам.
— Все равно это неправильно. И вы мне обещали…
Федор Ильич не дослушал.
— Не будь такой тряпкой, Константин! А то девки любить перестанут, — оскалился он и, когда Костя злобно засопел, повернулся левым боком и наигранно приложил ладонь к уху: — О, слышу, Катенька тебе все рассказала? Про нас с ней?
Парень сжал кулаки. Он был готов броситься на мужчину и вырвать ему кадык, выдавить глаза, оторвать это красное ухо… Но сдержался.