— Мир тебе, уважаемый. Пусть Илу, податель жизни, будет мне свидетелем. Я не замышляю зла. Мой торг будет честным.

— Илу? Что есть Илу? — задумался хозяин, а потом его лицо разгладилось в понимании. — Я понял! Алла! Твой бог — мой бог, купец. Зайти и прими мое угощение. Меня зовут Ваккар.

— Могут ли мои люди причалить к твоему берегу, почтенный Ваккар? — спросил Рапану, и хозяин кивнул.

— Они пусть ждут на берегу. Тебя и твоих избранных спутников мы примем в своих домах, — сказал он. — Сначала пир, потом торг, гость.

— Что это за земля, почтенный? — спросил Рапану.

— Это, — Ваккар повел по сторонам, — называется Аусан. А мое селение — Адана1.

Торг случился на закате, когда в брюхе Рапану, соскучившегося по нормальной еде, плотно улеглись свежие лепешки и жареная баранина с какими-то незнакомыми травами. Взять тут почти нечего. Так, полнейшая ерунда, которой богаты все племена пастухов. Шерсть… грубые ткани… медь… Очень дорогая, кстати! Ее везут откуда-то с востока. Соль… Рыба… А это что?

Рапану с деланным равнодушием взял в руки невзрачный коричневый комок и понюхал его. Волна знакомых с детства запахов накрыла его с головой. Он учуял тяжелый, густой аромат мирры. Запах был не силен, видно, этот кусок смолы долго лежал на солнце. Но это точно была она, драгоценная мирра. Редкостное лекарство, что дороже золота. А рядом что? Ладан? Точно! Это же ладан! Он более светлый, с желтоватым оттенком. Его тоже везли с далекого юга, и отец взвешивал на крошечных весах каждый его кусочек. Тут же он лежит небрежной горкой, словно финики. Да, финики здесь тоже есть, и они превосходные. Впрочем, кому они нужны, тащить их из такой дали? Только если в дорогу взять пару мешков…

— А это что? — широко раскрыл глаза Рапану, разглядывая бурого цвета крупный порошок. — Да неужели? Глазам своим не верю?

Он аккуратно послюнявил палец, коснулся им порошка и осторожно лизнул. Горечь, такая знакомая горечь! Это ведь редкостное лекарство, известное как аллалу. Государь почему-то называет его алоэ…

Не показать свой интерес, не показать… — билась в голове купца сумасшедшая мысль. — Я даже не знаю, сколько они за это запросят. Знаю только, что сколько бы ни запросили, я продам это вдесятеро.

— Возьму немного шерсти, почтенный Ваккар, — сказал он, — фиников, и эти смолы. Пусть воняют у меня в спальне, травят мух и комаров.

— Ах-ха-ха! — грянул хохот местных, и Рапану понял, что дураков тут нет. Если кому-то пришло в голову собрать сок деревьев, высушить его и привезти сюда, то, наверное, он знает, что делает.