— Но ведь как-то же расшифровали язык майя!

— А сколько надписей на забытых языках всё ещё не расшифровано? — парировал моё возражение наш наиглавнейший на Базе начальник. — Нет, пока всё это «говно мамонта» только в архивы, до лучших времён, когда будет принято окончательное решение о полноценной колонизации ТемУра. Если «эффективные менеджеры» решат, что овчинка стоит выделки. Я, заметьте, не об исследовании древностей говорю, а о самой колонизации.

— Надеюсь, не потребует срочно выполнить план по валу добычи золота с той самой речушки?

Ну, да. Сильно наглеть я не стал, накидав в карман примерно с кило «презренного металла». Пусть Мол мне, спасителю его внучки, не сказал ни слова, но совесть тоже надо иметь. Ведь это, по сути, его личный «золотоносный участок», и влезать на него — значит, грабить деда.

— Это не так уж и сложно. Всё равно тот гел нам его перетаскает со временем. Вы, главное, упирайте на то, что не стОит конфликтовать с туземцами, вторгаясь на территорию, прилегающую к их святилищу. Вы же знаете начальственную логику: сегодня мы отправили тонну металла, «собрав сливки», а завтра только сто кило. И тут же возникнет недовольство: чего это вы вдруг ленитесь? Берите лопату побольше, копайте яму поглубже, но чтобы послезавтра — не тонну, а полторы добыли. Иначе последуют оргвыводы.

Есть такая буква! Отец, работавший в оборонке, рассказывал, как им регулярно резали расценки из-за того, что кто-то начинал «слишком много» зарабатывать. Пусть для этого едва ли не каждый день, особенно во время срочной сдачи приборов, приходилось по два-четыре часа перерабатывать время смены. Общественный строй давно уже поменялся, а подход к исполнителям остался тот же самый.

До отбытия на Землю успел повстречаться и со своим прошлогодним приятелем, варом Элмаком, теперь уже командующим караккой, сопровождавшей ласских купцов. Ясное дело, при посредничестве Волкова, снова вызванного с Земли и активно «передающего знания юной поросли» лингвистов. Звал вар меня к себе в гости, как только наш первый корабль отправится за океан.

Может быть. А может и не быть: я человек военный, куда пошлют, туда и отправлюсь. И хрен его знает, как распорядится начальство: может, решит, что нам важнее выйти на ласские власти, используя мои дружеские отношения с Элмаком. А может, запрёт меня на веки вечные (минимум — до того момента, когда я решу расторгнуть контракт) в здешней «Африке», поскольку я, видите ли, наилучший знаток целых трёх родственных языков. Хрен его знает. Мне же ещё перед Центром ответ держать за ту херню, что я с прошлой осени натворил. «Херню в хорошем смысле этого слова», как любит говорить Волков.