— Господа, проходите на улицу и выбирайте секундантов. В случае, если секунданта нет, вам его предоставят.
Вот только, на улицу мы выйти не успели, потому как, принцесса — аки ледокол, раздвинула толпу и вышла к нам…
Тёмные густые волосы, зелёные глаза, точёный носик. Да и платье шикарное. Я хоть и не стал окидывать фигурку взглядом, но периферическим зрением, всё-таки, смог оценить, что и там всё в порядке.
В общем, настоящая красавица! Ничем не хуже, чем её фото на постере в комнате Владимира. Не удивительно, что парень сох по этой девушке.
Принцесса повернула голову к графу:
— Константин Эдуардович, правила обязывают меня спросить: готовы ли Вы к примирению, либо, к отсрочке дуэли? Возможно, Вам нужна замена?
Абашёв скривился, но поняв, кто перед ним стоит, тут же сменил выражение лица на… скорбное, что ли:
— Увы, Марья Афанасьевна, данная дуэль не терпит отлагательств!
Затем, девушка перевела взгляд на меня:
— Княжич Лесков, готовы ли Вы к примирению, либо к отсрочке дуэли? Или, возможно, Вам нужна замена?
Лицо глашатая, или кем он там является на самом деле… нахмурилось, но это я уловил буквально на мгновение — и опять же, переферическим зрением.
А всё потому, что я засмотрелся в глаза принцессы чуть дольше, чем было нужно. И она даже успела немного смутиться…
Но заметив это, я тут же подобрался:
— Нет, Абашёв будет наказан здесь и сейчас!
На лице девушки мгновенно проступило удивление. Впрочем, не только на её лице, удивились вообще все вокруг. Даже сам Абашёв.
Уверен ли я, что смогу убить этого Абашёва? Да нифига! Ну разве что, доставить неудобства…
Зачем тогда, не выбрал отсрочку или замену? Да вот что-то нестерпимо захотелось распушить свой хвост перед принцессой…
Ребячество? Ещё какое!
И самое поганое, что мозгами-то я всё это понимаю, но под той дозой эйфории, что сейчас бьёт мне по этим самым мозгам, по другому поступить было просто невозможно…
Прошло всего несколько секунд после того, как я дал ответ на вопрос принцессы, как к Абашёву подошёл мужчина с немного оттопыренными ушами, в серебристом костюме и с гаденькой улыбкой на лице посмотрел на меня:
— Что ж, я, как секундант Константина Эдуардовича, зафиксирую все итоги ВАШЕГО наказания.
Мужик, вообще не знакомый. Такие уши я бы запомнил! Значит, что кто-то из нейтральных родов явно перешёл на «тёмную сторону».
Плохо! Нам, будто мало было вражеских родов — одного княжеского, четырех графских и одного виконтов…
Ну, да что теперь поделать…
Я уже хотел сказать ему в ответ: «ты, ушастый, следующий», но, в этот момент, ко мне подошёл молодой — лет двадцати пяти, парень в иссиня-чёрном костюме, с щёлочкой в центральных верхних зубах и протянул мне руку: