За столом мило и непринуждённо общались фактически только двое: мой отец и глава рода Куракиных. Притом, общались на какие-то отвлеченные темы — про общих знакомых и даже про погоду. В общем, ни о чём серьёзном, во всяком случае, на первый взгляд.

А через полчаса, глава рода Куракиных — Антон Прохорович, если мой склероз мне не изменяет, откланялся, и слуги сопроводили всё их семейство из большого обеденного зала в их гостевые покои.

Званый ужин на этом закончился.

Фух! Будто, камень с души упал. С дочкой Куракиных мы ещё, по-любому, пересечёмся, но я хоть к тому времени придумаю, что делать.

Тоже слиняв из обеденного зала, три раза сверился с планшетом, чтобы наверняка не ошибиться и не заглянуть снова в гостевые покои. После чего, припустил к себе в комнату. Вот только, в коридоре меня догнала сестра и пихнула локтем в бок:

— Признавайся, что случилось⁈ Чего Настюха тебя взглядом сверлила?

Я остановился, пропустил шедшего за нами уборщика и, подумав несколько секунд, вздохнул:

— Ладно, пошли ко мне, расскажу.

Думается мне, что лучше своим косяком поделиться с сестрой. Может, чего годного и посоветует…

* * *

— Хахахаха!

Сестра, что вольготно уселась на мою кровать, когда мы зашли ко мне в комнату, аж откинулась навзничь, упав спиной на покрывало, вытерла воображаемые слёзы, и поднялась обратно:

— Ну ты даёшь! Подглядыватель наш… И, как тебе её сиськи?

В ответ, я просто мрачно на неё посмотрел. У нас тут межродовой скандал, вообще-то, назревает, а она зубоскалит.

На секунду задумался, как же быстро поменялось отношение сестры ко мне. То, на место меня ставить собиралась, то, внезапно оробела… А теперь, вообще, чуть ли не сестринской любовью воспылала, когда я ей третий колодец открыл… И ведёт себя так, будто мы с ней всё детство душа в душу жили.

Хмм.

Никогда у меня не было сестёр, потому женщин, ну, или девушек, с точки зрения подруг я никогда и не рассматривал. Сказки про то, что существует дружба между мужчиной и женщиной — это всего лишь сказки. Там обычно не дружба, а мужик сидит во френдзоне, ну, или наоборот, что бывает гораздо реже. Но в любом случае, кто-то один из такой пары «друзей» точно хочет второго совсем не по-дружески.

А вот сейчас, надо мной угорает сестра. И… как-то комфортно с ней, что ли. Будто, действительно, всё детство вместе провели. Может, и правда, Владимир с сеструхой в детстве ладили? Ведь не с самого детства же он ушёл в себя, а, думается мне, лишь когда открыл первый колодец и понял, что он магический инвалид…

Поглядел на всё ещё веселящуюся сестру и вздохнул: