Тогда я стал готовиться так, как мог. Наблюдал за городом, ожидая третьего и самого опасного проявления Пожирателя в мире, и одновременно просматривал свои ифриты.

Чтобы победить тварь был один-единственный способ: направить силу не менее трех ифритов божественного ранга, запечатанных в людей, готовых добровольно принести себя в жертву.

Проблема в том, что для этого нужны ореолы, которые сфокусируют их энергию и направят ее в достаточном количестве прямо в эфирное тело Пожирателя. Но построить ореолы, очевидно, не хватит времени.

Так быстро Пожиратель никогда еще не настигал меня. Минимумом был период в десять лет. А тут чуть больше трех месяцев…

Выход был один: использовать больше ифритов божественного ранга, а вместе с ними и больше людей. И самое главное — подпустить Пожирателя максимально близко к планете.

И как ни странно, тут у меня и Салазара интересы сходились. Ведь ему тоже нужно было скорее приманить тварь к миру, а потом скормить. В моем же случае, ифриты должны были уничтожить его еще на подходе. Где-нибудь, неподалеку от Луны.

И возникала следующая проблема: нужно как минимум пять ифритов божественного уровня и столько же добровольцев.

Если ифриты я мог сконструировать на станке, а прокачать за счет ядра, то добровольны — настоящая проблема. Ведь они должны искренне желать впустить в себя ифрит, и сделать это добровольно.

Впрочем, первым, что приходит на ум, это армия. После разговора с императором должны были найтись подходящие ребята. Уверен, в имперской армии есть люди, готовые пожертвовать собой ради спасения параллели.

Другим аспектом подготовки оружия являлась прокачка ифритов до божественного уровня. С этим мне поможет ядро. Вот только процесс этот весьма опасный. Если что-то пойдет не так, весь Крас превратится в новое Кубанское поле.

Именно для этого мне и нужны мощности РосАрмы. Дальний полигон. Место, где я мог бы осуществить развитие ифритов.

— Мда, — задумчиво проговорил я, сидя в своей машине и наблюдая за тем, как ифриты по всей городской улице тянутся к небу, — никогда еще все не шло настолько не по плану. Что ж. Я всегда умел приспосабливаться. Сделаю это и сейчас.

Аэропорт Нового Краса располагался в левой части города. Огромный, он протянулся недалеко от широкой Имперской трассы, пролегающей через весь край.

Сегодня, за две недели раньше до планируемого, я улетаю в Москву. Накануне вечером Литвинин сам позвонил мне.

— Селихов, — проговорил тогда он, — вы же хотели, чтобы встреча с советом директоров и комиссией РосАрмы прошла быстрее? Радуйтесь. Они решили пригласить вас до нового года.