Наконец, подумав, что сделал уже достаточно, Артур покашлял, вежливо, привлекая внимание.

— Эй, как тебя там, Саша? Я пить хочу.

— Перебьешься, — неуверенно сказал охранник. Насчет питья ему инструкций не оставили.

— Ну ладно, — согласился Артур. — А в туалет?

— Потерпишь.

— И долго мне так терпеть?

— Долго, — Саша не был настроен разговаривать.

— Это плохо, — сказал Артур. — Вон та камера — она работает?

— Работает.

— Это хорошо, — чему-то обрадовался Артур. — Слушай, будь другом, поправь мне цепочку на шее. А то я уже задыхаюсь, боюсь, так и не схожу в туалет в этой жизни.

Саша задумался, потом решился подошел к стулу, засунул палец между цепью и шеей, потянул, так что звенья глубоко впились в кожу, подержал и отпустил.

— Так лучше?

— Намного, — Артур улыбнулся ему. Вздохнул. — Ну давай, развязывай меня.

За свою недолгую жизнь Саша делал много плохих вещей, чуть меньше — странных, но всегда то, что он делал, было осознанно. Сейчас же он с ужасом ощутил, что его тело ему не принадлежит. Вот он, Александр Осадчий, двадцати семи лет, бывший десантник, чемпион по боям с правилами и без, собирался просто двинуть этому наглому щенку, как хозяйка просила, а вот он уже режет скотч, расстегивает цепочку на шее и помогает мелкому гаденышу встать.

— Спасибо, Санек, — Артур похлопал парня по щеке. — Ты настоящий друг. Жаль, что наша дружба будет недолгой.

Настоящий друг чувствовал, как его тело подбегает к двери, открывает ее, выходит наружу и вырубает двух коллег по работе — одного ударом в висок, а другого локтем в горло. Затем достает из кобуры одного из них пистолет, вышибает мозги сначала одному, потом другому. А потом вставляет ствол ему, Александру, в рот.

— Господин Паткани, — раздался голос из рации. — У нас ЧП.

— Что еще? — Иржи поморщился. Сначала мнительная истеричка извела его своими дурацкими предчувствиями, а теперь еще это.

— Камеры отключились по всему периметру и внутри здания.

Иржи повернулся к Лидии. Та, ничуть не испугавшись, довольно потерла ладошки.

— Началось. Я же говорила, этот гад придет. Пусть все будут начеку. Трех ко мне в кабинет, а остальные пусть ищут этого Громова. Надеюсь, они стоят тех денег, которые я им заплатила.

— Не беспокойся, — Иржи пожал плечами, — эти парни были со мной в Ливии и Судане, и еще в сотне мест. Они твоего Громова порвут как тазик грелку.

— Тузик, — поправила его Хмельницкая. Потянулась к телефону, потом передумала, одёрнула руку. — Нет, пусть этот старый пидарас узнает все по факту.

В этот момент раздались два выстрела. Потом, через несколько секунд, еще один.