— Бум, — сказал он и выстрелил в начавшего оборачиваться бойца. Пуля вошла прямо в горло, раздробив шейные позвонки и вырвав сонную артерию, хлестувшую кровью прямо в направлении того, что спрятался за колонной.

— Кто не спрятался — я не виноват, — проговорил Артур и всадил пулю в живот высунувшемуся с лестничной площадки парню в камуфляже. Пуля попала точно между броневых пластин, разведя их, ударила в солнечное сплетение и, наматывая кишки, всем этим комком отбросила боевика назад.

Артур развернулся, поймал момент, когда прятавшийся за колонной начал стрелять. И ничуть не боясь пуль, выстрелил в ответ. Точно в центр лба.

Боевик на лестнице стонал и пытался отползти, когда парень подошел к нему, надавил ступней на горло и, сминая хрящи, превратил его в кровавую лепешку. Поднял рацию, нажал на кнопку, выбрал частоту.

— Иржи, ты где?

— Засранец, — лысый был спокоен, — значит, это ты. Сколько, четверо?

— Пока да.

— Мы можем уйти. Ты ведь понимаешь, что хоть один, да подстрелит тебя?

— Удачи, — Артур отключился.

Иржи сплюнул на стену, повернулся к своему сержанту, земляку Иштвану Кишу.

— За мной.

— Оставим ребят здесь? — квадратный сержант не спросил, скорее констатировал факт.

— Они все равно покойники. Он четверых убил за пять минут.

— А наниматель?

— Считай, ее уже нет.

Иштван пожал плечами. Ему было все равно.

Они спустились в гараж — Тахо хоть и не был бронирован, но вполне мог вынести ворота. А выяснять, почему не работает автоматика, Иржи не собирался. И соваться на территорию — тоже.

Тахо стоял предпоследним в ряду машин — между Майбахом Хмельницкой и Транспортером команды. Двигатель взревел, Иржи распахнул заднюю дверцу, подхватил автомат.

— Гони.

Иштван притопил газ, выкрутил руль, своротив Майбаху бампер, и, набирая скорость, выбил раздвижные ворота гаража. От него до выезда из поместья вел прямой отрезок асфальтированной дороги — метров сто, всего несколько секунд для начавшего разгоняться тяжелого внедорожника. Почти три тонны на скорости в восемьдесят должны были снести сварную конструкцию с первого раза.

Внезапно Иштван затормозил.

— Что там? — Иржи спокойно посмотрел в лобовое стекло, перестав контролировать тыл.

На воротах висели два тела, словно прилепленные к металлической поверхности. Свернутые набок шеи не оставляли сомнений в том, что это не живые люди. Прямо перед воротами молодой парнишка в кожаной куртке и джинсах щурился от света прожекторов на крыше Тахо, бивших прямо на жуткую инсталляцию.

— Это Гарик и Шлема, — глухо сказал Иштван.

— Ты прав, — Иржи распахнул заднюю дверь, выпрыгнул, сделал несколько шагов к воротам, поежился от холода. — Эй, отпусти нас. Между нами не было ничего, нет причин убивать друг друга.