— Даже так… — протянул я, мысленно недоумевая, как вообще они такое умудрились, и, взяв первым это самое объявление, принялся читать.

— Проникли… надругались… похитили… осквернили… — чем я дальше читал, тем сильнее приподнимались мои брови.

— А это они точно о наших? — я посмотрел на жён, — тут так расписывают, как будто им в суп нагадили.

— Почти, — вздохнула Злотана, заставив меня изумлённо воззриться на женщину, — ну, не в суп, конечно, — поправилась она, — утверждают, что наш студент справил малую нужду в священной роще, затем сломал священное дерево, а когда их попытались арестовать, издевательски хохоча, сбежал вместе со своей подругой. Подруга, к слову, нанесла увечья десятку стражи. А затем, чтобы остановить погоню, они спалили половину столицы княжества.

— Погоди, — я посмотрел, откуда бумага, и увидел вензель княжества Ротейя, — а кто у нас отправлялся туда?

Все немедленно посмотрели на Алису. Та долгую секунду молчала, затем хмуро произнесла:

— Бари. И Айна.

Вот так да! Мой лучший ученик и приёмный сын со своей подругой.

— Не верю, — покачал я головой, твёрдо убеждённый, что парень не мог описанное сотворить нарочно, — не верю.

* * *

В княжестве Ротейя Лесовику поклонялись не просто так. Дремучая чаща из вековых исполинов простиралась от степей Кснийского царства до западных границ Итонии, с юга заходя на исконные территории Алали, а с севера упираясь в ледяной панцирь Мёртвых земель. Лес был жителям княжества домом, и даже города свои они строили меж толстенных, уходящих на сотню метров ввысь лесных исполинов, часто используя их как опору для всё новых жилых ярусов. Впрочем, такой симбиоз не мешал лесовикам торговать со всем Яолом лучшими сортами древесины, добываемой только там. Лес они любили и уважали, но священным он для них не был. Впрочем, из любого правила всегда есть исключения. И безумно редкий белый дуб, в котором, по просьбе волхвов, мог ожить дух Лесовика, был для жителей символом их веры, и никому и в голову не могло прийти его срубить. Максимум, после специального ритуала, собрать опавшую листву и жёлуди.

Что до чужестранцев. То их какой-то там дуб интересовал мало, как и лесное божество. Купцов больше волновали вопросы поставок, а возможных воров привлекали дома ротейцев, а не их священные рощи, потому что в рощах ничего ценного отродясь не водилось, кроме деревьев и кустов.

До этого момента…

Вихрем пронесясь меж деревьев, парень с девушкой завернули за угол первого же дома, ныряя в темноту и напряжённо вслушиваясь в звуки погони за спиной. В глазах обоих плескался азарт, в крови бурлил адреналин, и Бари, привлекая девушку к себе, жадно поцеловал ту в губы. Айна, стоило ему отстраниться, чуть отдышалась и прошептала на ухо: