Хакон Кровавая Секира шел рядом с Сигурдом, и золота на нем было не меньше. Пять сотен данов-варангов, охранявших императорскую чету, взяли в кольцо колесницу василевса, увидев которую, столичный плебс и вовсе сорвал себе глотки, вопя от восторга. Четыре слона тащили ее, а Август Ираклий стоял, гордо подняв голову, увенчанную расшитой камнями диадемой. Слонов потом отведут в Большой Цирк, где они будут потешать публику на играх, которые дадут в честь победы.

Процессия растянулась от Золотых ворот и почти до самой площади Августеон. Кого только не увидели в тот день жители Константинополя. Тут были и императорские рабы, несущие в руках тысячи блюд, заполненные серебром и золотом. Шли тут и разряженные персидские пленники из знатнейших родов. Их лишили воинских поясов и связали, словно беглых рабов. Их было много, очень много. Кто-то из них вымолит себе прощение и будет отпущен, кто-то заплатит за свою свободу немалый выкуп. А кого-то, особенно ненавистного, искалечат, и он сгниет в ссылке или на рудниках. Император не забыл, как были казнены его послы, посланные к шахиншаху Хосрову.

А вот императрица Мартина в триумфе участвовать не стала. Она взвесила все за и против, и осталась в тени великого мужа. Пусть он один искупается в лучах славы. Ей этого будет достаточно. Она слишком умна, чтобы еще и в этот день раздражать люто ненавидящий ее плебс. Ей вполне хватает той тени, в которой она может спрятаться от невзгод, как хватает и власти, которой у нее теперь предостаточно. И, пока простонародье наслаждалось празднествами, раздачей еды и скачками, она оставила своих детей на попечении нянек и стражников из варангов. У нее есть дела поважнее. Она принимала по одному верных ей людей, среди которых был и доместик Стефан.

— Я слышала, что Александр не стал привлекать тебя к своей новой затее в Галлии, — сказала она, когда прошли положенные приветствия и славословия ее красоте и мудрости.

— Да, кирия, — склонил голову Стефан. — Сиятельный патрикий, к моему прискорбию, считает, что скромные успехи вашего слуги умаляют его достоинство.

— Эпарх доложил мне, что торговля Константинополя находится в цветущем состоянии, — задумчиво ответила Мартина, — ремесленники благословляют новый торговый путь.

— Несомненно, госпожа, — подтвердил Стефан. — Они теперь получают куда больше заказов. Да и серебра приходит из тех земель огромное количество.

— Но мне поступают жалобы, — продолжила императрица, — что торговый дом архонта склавинов разоряет кое-кого из наших купцов. Ведь он не платит налог на торговлю, коммеркий, и ввозные пошлины не платит тоже. Это может создать проблемы.