И только после всех этих сборов и проверок направился за Ночкой в проход, который она мне указала.
Правильно сделал, потому что двигались мы по этому проходу… ну, долго. Точно больше двух часов — я скоро потерял счет времени и, наверное, свалился бы, если бы не подкреплял силы вяленым мясом и орехами. Очень тяжело было идти в почти полной темноте, без особенных ориентиров — такое ощущение, словно к центру земли.
Потом коридор расширился, превратившись в низкую камеру. Здесь плескалась вода — очень хорошо, а то фляжки бы мне надолго не хватило! Обеззаразить же воду некромантскими силами я могу без труда, на это нужно куда меньше энергии, чем анимировать муху — если знаешь, что делаешь. По полу здесь тек неширокий и мелкий, глубиной мне до лодыжек, ручей, исчезая в одном из проходов.
Именно туда Ночка и свернула, в результате мне пришлось шлепать прямо по воде. Здесь потолок был выше, поэтому тени, рождаемые светом глаз Ночки и моего фонаря, вытянулись и заплясали, как будто обрадовавшись дополнительному месту. Ночка двигалась так же легко и бесшумно, как тень, словно бы скользя в этой темноте и тишине. Я вдруг с невероятной резкостью понял, что моя первая жена — куда более волшебное создание, чем мне казалось до сих пор. И большая удача, что она так великодушна и не злится за пренебрежение!
Вдруг Ночка резко остановилась.
В темноте я увидел еще один красный отблеск — и, подойдя ближе, разглядел на стене тоннеля точно такую же красную руну, что ярко сияла у нее на груди! Руну, чьего значения я не смог разыскать даже в библиотеке Академии, хотя нельзя сказать, что не старался.
— Это же… — я коснулся руны
Алые огненные линии не казались теплыми, они словно бы находились в толще камня и сияли сквозь него.
М-да, версию о том, что Ночка возникла, когда какая-то сильная магесса-артефакторшаслучайно погибла во время извержения вулкана, можно считать закрытой и похороненной. Ночку все-таки сделали. Вопрос только в том, кто и с какими целями. Она сама — или?..
— Чего ты хочешь? — я обернулся к Ночке. — Мне надо как-то активировать эту руну? Или уничтожить ее?
Вместо ответа Ночка протянула ко мне свою огромную обезьянью лапу и взяла меня за руку — впервые! Очень осторожно, очень мягко, будто боялась неловким движением раздавить мои пальцы (запросто!), она поднесла мою ладонь к знаку и снова положила на него, все еще накрывая своей огромной лапой.
Алые линии медленно побледнели, потускнели и погасли!
Я обернулся к Ночке. Она все еще молчала, но мне показалось, что моя первая жена смотрит на меня чуть внимательнее и чуть осмысленнее.