— Все, все, я понял, что ты любишь ураганы! — воскликнул я. — Хватит меня пугать.

А Гранд добавил куда более деловым тоном:

— Ваша супруга была так любезна, что проверила облачный фронт и сообщила, что мы можем пройти краем плохой погоды. К тому же она попытается использовать попутный ветер для скорейшего достижения цели.

— Для всей эскадры? — живо спросил я.

— Нет, только для нашего корабля… Впрочем, граф Аню уже показал световыми сигналами, что эскадре следует рассредоточиться, и что мы встречаемся непосредственно на рейде Дерхавена.

Я кивнул. До Дерхавена оставалось всего дня два — а с таким свежим ветром, может, и сутки. Плюс мне нравилось, что подводная лодка не сможет нас подбить. Так-то ей на глубине шторм и волнение не страшны, но она не сможет нас разглядеть в перископ и, следовательно, не сможет торпедировать.

Между тем ветер словно бы стих на несколько секунд — а потом резким рывком усилился. К боковой качке добавилась и килевая, и даже мне, человеку с крепким желудком и отличным вестибулярным аппаратом, стало немного не по себе.

Мира же счастливо рассмеялась, повисла у меня на шее и, ничуть не стесняясь капитана, крепко поцеловала.

— Обожаю такую погоду! Если бы не враги под боком, — прошептала она мне на ухо, — я бы тебя утащила сейчас в каюту… Как хорошо!

— Рад, что тебе нравится, — пробормотал я. — А меня, кажется, слегка мутит…

— Ну так потяни за связь с Леу, поправь здоровье! — удивленно сказала Мира.

— Вряд ли поможет!

Тем не менее, ее совет немного помог: по крайней мере тошнить меня перестало. Но голова кружилась по-прежнему, и ходить все еще было тяжело.

Тем временем зарядил дождь: густой-густой ливень, такой, что даже на суше не было бы видно дальше вытянутой руки! На море же небо сливалось с волнами, и все превращалось в этакую сплошную холодную вертикальную ванну. Даже в каюте укрыться было сложно: нас швыряло от стенки к стенке!

А вот маленький Миш, которого Рагна отстояла от попыток уложить спать днем, преспокойно дрых у той же Рагны на руках: она устроилась на кровати, уперлась ногами в стену и умудрялась так балансировать себя и мальчика, чтобы он почти совсем не раскачивался.

— Ну ты даешь! — только сказал я, поглядев на это. — Живой… то есть немертвый амортизатор!

Рагна усмехнулась.

— Отсутствие живого тела — это в некоторых обстоятельствах тоже преимущество! Будь у меня мышцы, способные уставать, ничего бы не вышло.

— Как я тебе благодарна! — бедняга Хелена сидела на полу в обнимку с ведерком: у нее дела обстояли хуже, чем у меня. — Вы… так хорошо заботитесь о нас с Мишем…